Книга Исповедальная петля, страница 14 – Игорь Патанин

— «Перестань копать или присоединишься к ним», — процитировал он. — Где именно вы это нашли?

— В подземелье, рядом со свечами. После того, как незнакомец ушел.

— Незнакомец?

Михаил подробно рассказал о ночной встрече в церкви. Эриксен слушал молча, делая пометки.

— Вы могли бы опознать этого человека?

— Нет, лицо было скрыто капюшоном. Но он явно хорошо знал церковь, двигался уверенно.

— Рост? Телосложение?

— Высокого роста, худощавый. Двигался быстро, но осторожно.

Эриксен закрыл блокнот и посмотрел на Михаила долгим взглядом.

— Мистер Гросс, я должен предупредить вас: самодеятельность может серьезно навредить расследованию. И вашему положению в частности.

— Но вы проверите церковь? Возьмете отпечатки с окурка?

— Мы проведем дополнительную экспертизу места происшествия, — уклончиво ответил инспектор. — А теперь давайте поговорим о ваших отношениях с погибшими.

Допрос длился три часа. Эриксен методично выяснял детали отношений Михаила с каждым членом экспедиции, особенно с Хельгой. Было ясно, что полиция серьезно рассматривает версию убийства на почве ревности.

— Томас Вейн был известен своим успехом у женщин, — заметил Эриксен. — По свидетельствам коллег, он имел репутацию донжуана.

— И что с того? — Михаил почувствовал, как внутри поднимается раздражение.

— Мисс Андерсен была красивой женщиной. Одинокой, в чужой стране, в стрессовой ситуации. Вполне вероятно, что американец мог оказать ей внимание.

— Хельга была не из тех, кто заводит случайные связи.

— А откуда вы знаете? Вы ведь ее почти не помните. Да встречались вы всего несколько месяцев. Люди способны удивлять, особенно в экстремальных условиях.

Борисов вмешался:

— Инспектор, это все домыслы. У вас есть доказательства романа между мисс Андерсен и мистером Вейном?

— Нет пока. Но у нас есть свидетельства напряженной атмосферы в группе в последние дни экспедиции.

Эриксен достал новую папку.

— Дневниковые записи Анны Беловой. Она вела подробный журнал экспедиции. — Он открыл страницу и начал читать: — «15 октября. Михаил сегодня был невыносим. Устроил скандал из-за того, что Хельга долго разговаривала с Томасом о каких-то рунах. Неужели он настолько неуверен в себе? Хельга выглядела расстроенной после их ссоры. Начинаю жалеть, что согласилась на эту поездку».

Каждое слово било как пощечина. Михаил помнил Анну как жизнерадостную девушку, которая всегда поддерживала его. А оказывается, в последние дни она считала его невыносимым.

— 16 октября, — продолжал Эриксен. — «Атмосфера накаляется. Сегодня Михаил обвинил Эрика в том, что тот специально затягивает исследования, чтобы подольше находиться рядом с Хельгой. Полный бред, но Эрик обиделся. Томас пытался разрядить обстановку шутками, но Михаил набросился и на него. Хельга плакала вечером. Боюсь, что экспедиция заканчивается катастрофой».

— 17 октября. Последняя запись.«Завтра спускаемся в подземелье церкви. Михаил настаивает, хотя погода портится. Хельга пыталась отговорить его, сказала, что у нее плохие предчувствия. Но он не слушает никого. Одержим идеей найти что-то сенсационное. Думаю, он боится, что экспедиция провалится, и это убьет его карьеру. А может, просто хочет произвести впечатление на Хельгу. Мужчины…».

Михаил сидел молча, переваривая услышанное. Выходило, что в последние дни экспедиции он вел себя как параноик и деспот. Неужели стресс настолько изменил его характер? Или в нем всегда жили эти темные стороны, которые раньше не проявлялись?