Онлайн книга «Луковая ведьма»
|
Войдя в дом, Тим испытал трепет, какой обычно охватывал его при посещении музеев, где он боялся что-нибудь задеть и сломать ненароком: вся мебель и предметы интерьера здесь выглядели, как музейные экспонаты. Стол и комод из темного дерева укрывали кружевные салфетки, на стене мерно тикали похожие на скворечник часы-ходики, застекленные полки приземистого шкафа были забиты расписными чайными чашками и хрустальными вазочками, а над ними красовался, сверкая начищенными боками, пузатый самовар. В проеме между окнами расположилось мутноватое трехстворчатое зеркало на длинной тумбе, по обе стороны от него стояло по паре венских стульев с гнутыми спинками. Пол устилали полосатые вязаные дорожки с бахромой по краям. Над диваном, накрытым зеленым пледом, во всю стену раскинулся узорчатый красно-коричневый ковер, добавлявший мрачных оттенков к всеобщей цветовой гамме, в которой их и без того было немало. Еще и герань на окнах заслоняла солнечный свет, поэтому в доме царил полумрак, но несмотря на это, здесь было довольно уютно. В комнате, отведенной для Тима, оказалось гораздо светлее, и обстановка выглядела более привычно: современный шкаф-купе, вместительная тумба с настольной лампой в белом абажуре и простая деревянная кровать, на которую тотчас захотелось рухнуть и уснуть. Будь Тим у себя дома, он бы именно так и поступил, а здесь ему ради приличия пришлось сдержаться, да к тому же доносившиеся с кухни аппетитные запахи обещанных Степанычем блинов и пирогов разбудили в нем присмиревший было голод, и он понял, что теперь ему едва ли удастся уснуть, не утолив его. После бани Тим в полной мере ощутил, что означает фраза «заново родился»: казалось, что вместе с песком и пылью с него смылись все тревоги и усталость, а горячий пар наполнил тело энергией не хуже, чем хорошая еда и полноценный сон. Переодевшись в изрядно помявшуюся в рюкзаке, но сохранившую чистоту одежду, Тим вышел на крыльцо и вдохнул теплый полуденный воздух, пропитанный густыми запахами цветов, ягод, огородной зелени и спелых яблок. Захотелось немного пройтись, прежде чем вернуться в дом, и Тим, спустившись с крыльца, двинулся по узкой тропинке между грядок в сторону яблоневого сада, занимавшего почти треть всего участка – от огорода до забора, за которым начинался участок соседей. Забор едва угадывался за пышными шарообразными кронами яблонь, и, чтобы добраться до него, приходилось нырять под ветви. Тим старался не задевать их и пригибался как можно ниже, опасаясь стрясти на землю спелые яблоки, которые висели буквально на волоске: он лишь раз приподнял ветку, и большое желтое яблоко с наливными полупрозрачными боками само упало ему в руку. Рот Тима мгновенно наполнился слюной, а затем и яблочным соком, когда он с размаху откусил сразу пол-яблока. Сок брызнул во все стороны, его было так много, что Тиму показалось, будто он выпил это яблоко, а не съел. Когда до намеченной цели – соседского забора – оставалась пара шагов в полуприседе, прямо перед глазами Тима прошмыгнуло нечто серое, – судя по звуку царапающих ствол яблони когтей, это был кот или кошка, взбиравшаяся наверх. В тот же миг из-за забора раздался взволнованный девичий возглас: — Фифа, где ты? Кыс-кыс… Тим подобрался поближе к забору и хотел было выпрямиться в полный рост, чтобы сообщить соседке о том, что видел какую-то кошку, но застыл в оцепенении, когда его взгляд, устремившийся сквозь щель в заборе, остановился на девушке, бродившей между грядками соседского огорода. |