Книга Луковая ведьма, страница 36 – Полина Луговцова

Степаныч замолчал, и повисла пауза. Даже старая «Нива» отчего-то притихла, тарахтела уже не так шумно, и стало слышно, как по крыше барабанит редкий дождик. Тим бросил взгляд в небо; впереди оно было чистым, но по лобовому стеклу сползали дождевые капли. Удивляясь причудам погоды, он обернулся и посмотрел назад. Бетонная дорога покрылась серебристыми лужицами, безлюдный берег выглядел серым от того, что желтый песок потемнел от дождя, а над берегом повисла огромная туча, отливавшая ноябрьским свинцом. Она тянулась прямо от Лукового острова, и Тиму вдруг представилось, что ее направила Луковая ведьма, чтобы плюнуть дождем им вслед.

— Ты видел там что-нибудь странное? – донесся до него голос Степаныча, отвлекая от мрачных мыслей.

Тим кивнул, догадавшись, что тот спрашивает о его ночном визите на Луковый остров.

— Кажется, это была она, – тихо ответил он, охваченный внезапным желанием довериться своему попутчику, который посвятил делу о Луковой ведьме большую часть жизни. Может быть, если они объединят усилия, им все-таки удастся раскрыть эту страшную тайну? Подумав об этом, Тим выложил Степанычу все как на духу, начав с того, что его родители были теми самыми детьми, которые выжили в трагедии с перевернувшейся лодкой, и заканчивая темной фигурой, напугавшей его в «Лучиках» этой ночью. Степаныч так увлекся его рассказом, что даже машину вести не смог – съехал на обочину и заглушил двигатель. В том месте бетонная дорога заканчивалась, и дальше шел небольшой участок глинистого грунта в буграх и рытвинах; на этом участке выделялась наезженная колея, которая вела к асфальтовому шоссе, круто уходившему в сторону от реки. По шоссе проносились автомобили, иногда проезжали велосипедисты; вдалеке виднелись крыши домов. Там текла обычная жизнь, до которой было рукой подать, а здесь, на «бетонке», рядом с рекой и буйно разросшимися ивовыми зарослями, мир выглядел совсем другим – пустым, неуютным и даже опасным.

Закончив свой рассказ, Тим ожидал, что Степаныч попросит его отказаться от работы в «Лучиках», но тот вдруг пожал ему руку и одобрительно кивнул:

— Повезло твоей маме, хороший ты сын, Тимофей! Что ж, будь осторожен, а я помогу тебе, чем смогу. И дежурить будем вместе, имей в виду! Одного я тебя в «Лучики» не отпущу. У меня и «травмат» есть! – Степаныч заговорщически подмигнул Тиму.

В этот момент в кустах рядом с «Нивой» что-то зашуршало. Ветви раздвинулись, и прежде чем они сомкнулись вновь, Тиму почудилось, что оттуда на него глянуло длинное лицо, все в глубоких извилистых складках, похожих на спутанные корни. Едва он успел осознать, что это иллюзия, созданная затейливым переплетением ивовых ветвей, как из кустов выкатился темный комок и в мгновение ока исчез под днищем «Нивы». Подпрыгнув и заорав от неожиданности, Тим приоткрыл дверцу и с опаской выглянул наружу.

— Никого! – с облегчением сообщил он, свесив голову и оглядывая пространство между колесами. – Но куда оно подевалось-то?

— Видал, какая чертовщина творится?! – проворчал Степаныч, торопливо поворачивая ключ в замке зажигания.

— А может, это была собака? – неуверенно предположил Тим, закрыв дверцу и поежившись.

— Может, и собака… – согласился Степаныч и, нажав на газ, добавил: – А может, и нет!