Книга Луковая ведьма, страница 130 – Полина Луговцова

Вполне возможно, что всему виной были сумерки, в которых все казалось слегка расплывчатым и подвижным, и Тиму просто почудилось, но он не мог допустить, чтобы эта дымка, пусть и почудившаяся, коснулась его матери.

Тим двинулся наперерез старухе и, оказавшись между ней и матерью, увидел, как дымка вильнула в сторону и исчезла в вечернем сумраке.

— Сынок! – воскликнула мать. Ее голос прозвучал звонко и радостно.

— Мама… – Обернувшись, Тим раскрыл объятия, и она тотчас бросилась в них, словно маленькая девочка, ищущая защиты. На миг он увидел ее такой, какой она выглядела на своих детских фотографиях в семейном альбоме: озорной, похожей на лисичку девочкой Лизой с хитрым взглядом и задорной улыбкой.

Обняв мать, Тим с облегчением понял, что наконец-то все закончилось. Этот счастливый момент, переполнивший его тихой светлой радостью, продлился недолго, ровно до тех пор, пока он не увидел Нюру, стоявшую чуть поодаль и украдкой наблюдавшую за ним. Наткнувшись на ее взгляд, он почувствовал, что увяз, как сбившийся с тропинки путник, угодивший в гиблое болото и провалившийся сразу по самую шею. «А ведь ничего еще не закончилось!» – с тревогой подумал он, глядя, как Нюра отступает в тень, и ему показалось, что вокруг нее вьется темная дымка.

Следующее утро для большинства жителей поселка Чернолучье началось с обсуждения последних новостей. Отовсюду только и было слышно:

— Вы уже знаете, что тайна Луковой ведьмы раскрыта?

— Это был маскарад, представляете?!

— Кто бы мог подумать, что всем нам морочили голову повариха из пионерлагеря «Лучики» и хозяин турбазы «Лукоречье»?!

— Устроили тут спектакль длиной в десятки лет!

— Вот же мистификаторы!

— Получается, что настоящей ведьмы никогда и не было!

Многие высказывались с явным сожалением, словно были разочарованы тем, что легенда о Луковой ведьме оказалась полной фикцией. Возможно, они сожалели о том, что вместе с легендой поселок утратил свою особую мистическую притягательность и стал самым обычным, ничем не примечательным поселком, каких вокруг великое множество.

Самые любопытные пытались под любым предлогом проникнуть в дом номер семнадцать на Курортной улице, чтобы узнать подробности из первых уст – от Тима, раскрывшего всю эту аферу с переодеванием, и от хозяина дома, Виктора Степановича, который раньше работал участковым и был на короткой ноге со всеми в местном полицейском участке. Тамара Андреевна только и успевала кипятить чайник и подавать угощение, а за большим столом в гостиной становилось все более тесно: те, кто пришел, не спешили уходить, а на пороге дома появлялись новые гости. Хозяйка выглядела ошарашенной и слегка недовольной, словно ей в жизни не доводилось принимать одновременно столько гостей, среди которых, кстати, были и родители Тима.

Они приехали в Чернолучье накануне вечером, а из города выдвинулись ранним утром того же дня, взволнованные тем, что долгое время не могли связаться с сыном. На несколько часов их задержала в дороге странная неисправность: без видимой причины машина вдруг заглохла и не заводилась. Отец методично обследовал каждый сантиметр подкапотного пространства, но никак не мог найти поломку. Они уже собирались бросить машину на обочине и ехать дальше на такси, но, к счастью, один из немногих неравнодушных водителей, остановившийся, чтобы предложить им свою помощь, сразу смекнул, в чем дело, и, как фокусник, достающий кролика из шляпы, извлек из дефлектора на приборной панели бумажную салфетку, которую туда каким-то образом незаметно затянуло. Узнав об этом, Тим отметил про себя, что примерно в это же время произошла поломка в автобусе, в котором он ехал из интерната в поселок, – еще одно странное совпадение, наводящее на мысль о вмешательстве неких мистических сил. Казалось, некто могущественный и недобрый пытался задержать и Тима, и его родителей, чтобы оградить Артура Бенедиктова от всех, кто мог помешать ему довершить свое черное дело.