Книга Глубина, страница 83 – Крейг Дэвидсон

Крошечное пятнышко амброзии выступило на лапке морской свинки. Клэйтон поднял субстанцию на кончике скальпеля и подошел к клетке. Морская свинка с изуродованными гениталиями валялась в куче окровавленных кедровых опилок. Клэйтон положил скальпель рядом с ее головой. Амброзия скатилась на ухо раненого существа, а затем исчезла. Морская свинка запищала и напряглась… затем перевернулась и бросилась к беговому колесу. Вмиг она развила такую большую скорость, на какую были только способны ее короткие лапки, – бешено закружилась, как безумный дервиш.

Клэйтон протянул руку и вытащил ее из клетки. Он показал Люку ее половые органы. Ранения исчезли.

— Это безумие. Полное безумие.

— Нет, – сказал Клэйтон. – Это только выглядит как безумие. Ты просто не понимаешь, что видишь.

Клэйтон отнес морскую свинку к холодильнику и положил ее внутрь. Люк не возражал против помещения живого существа в глубокую заморозку. Можно ли было впредь называть этот организм живым?

— Какой от этого прок? – накинулся на брата Люк. – От этой амброзии? Посмотри, что она делает, Клэй. Она… извратила это животное. Я не прав? Эта морская свинка осатанела. В ней было что-то… – «Что-то демоническое», – подсказал разум. Держа свинку в ладони, он не мог отделаться от ощущения, что держит какую-то липкую отталкивающую мерзость.

— Может быть много причин, почему она так себя вела, – сказал Клэйтон. – Во-первых, у нее, вероятно, не было представления о том, что с ней делают.

— «Что с ней делают»? Интересный выбор слов, брат. Так позволь мне спросить тебя: ты знаешь, что с ней делали?

— Подбираюсь к пониманию этого процесса. Возможно, ассимиляция амброзии может вызвать боль, травму. Определенные психотропные побочные эффекты, ведущие к выплеску агрессии.

— И это нормально? Ты только взгляни: изучаемая тобой штука не позволяет живому существу умереть. Его нельзя убить ни заморозкой, ни смертельным токсином, ни, мать его, отделением головы. Это работа какого-то иного интеллекта. Я не имею в виду какую-нибудь хрень из фантастики пятидесятых, способную попросить нас «отвести ее к нашему лидеру». Тут что-то такое, чего мы не можем понять. То, как двигалась эта кровь… она была умной. У нее была цель.

Выражение лица Клэйтона не показывало, что он испытывает тот же ужас, что и Люк, – скорее казалось, что перспектива целеустремленного разума чрезвычайно его взволновала.

— Откуда ты знаешь, что эффект не будет таким же, когда амброзию применят к человеку, а? – спросил Люк. – А вдруг она превратит людей в ополоумевших маньяков?

— На это есть только один ответ, Лукас: мы не знаем, как это будет работать, потому что мы еще не пробовали амброзию на человеке.

ЕЩЕ. Боже мой.

— Клэй. Подумай. Что насчет Уэстлейка?

— А что насчет него? – вопросил Клэйтон, невинно подняв брови.

— Ты и сам понимаешь! Есть вероятность, что Уэстлейк контактировал с амброзией.

— Думаю… – Брат неохотно кивнул. – Да, думаю, так оно и было. Он, полагаю, забыл о необходимых мерах предосторожности. Наплевал на все риски.

«Или эта чертова штука заползла ему в голову, –в страхе подумал Люк. – Или же…»

— Клэй… а если он намеренно сделал это? Не случайно, не по ошибке. Что, если он намазал ее на себя, или проглотил, или еще что-то в этом роде? Что, если он позволил себе ассимиляциюс ней, как ты выразился?