Книга Египетская сила, страница 17 – Татьяна Нильсен

— Теперь ты, Васенька, за нашу дочь отвечаешь. Ты же мужчина, следи за ней, чтобы дров не наломала.

Внук сделался серьёзным, часто закивал головой, но быстро переключился на мать и потащил её к стойке регистрации.

Восторгам Василия не было предела. Он первый раз летел в самолёте, первый раз видел море, пустыню и верблюдов. Он много что видел, ел, чувствовал первый раз в его маленькой жизни. Он вертелся как заведённый, задавал миллион вопросов, и сам на них и отвечал, если Клавдия мешкала с ответом. Жизнь он воспринимал в прекрасном, розовом свете. Ничего не могло опечалить или омрачить его безоблачное существование. Недомогал и легко грустил только в те дни, когда болел. Но Вася понимал, что это временно, и скоро он опять побежит с пацанами во двор, или на каток, или на футбольное поле. Ему нравились все перемены в его жизни и то, что после детского сада пойдёт в школу, заимеет множество друзей и даже подружек. Он редко плакал, как-то до этого не доходили руки и не хватало времени. Паренёк не завидовал другим мальчишкам, у которых были отцы и машины. Зато его мать работала во Дворце культуры и все праздники, гастроли театров и цирковых коллективов паренёк ошивался за кулисами. Запросто знакомился с эквилибристами, клоунами, воздушными гимнастами, и щедро угощал связками бананов дрессированных обезьян. И это кто кому должен был завидовать? Иногда он спрашивал про отца, хотя знал всё, что о нём расскажет мать – уже выучил наизусть эту печальную историю с катастрофой самолёта. Но только Вася не верил в смерть, просто не понимал, как это может быть, и от этого непонимания появилась уверенность в то, что когда-нибудь его отец появится в их с мамой жизни.

Халил встречал их у выхода из аэровокзала с большим букетом каких-то экзотических цветов. Выглядел он как всегда великолепно, смоляные, волнистые волосы зачёсаны назад, лёгкая седина на висках, белоснежная рубашка из тонкого сатина, тёмные, хлопковые брюки. Клавдия видела, как женщины провожали его взглядом и оборачивались, когда знойный мужчина проходил мимо – ей льстило, что красавчик шёл навстречу именно к ним.

Они заселились в отель хоть не такой роскошный, как в её первый приезд, зато с просторной территорией, закрытой от внешнего мира и посторонних высоким забором. Халил поставил чемоданы в номере, сообщил, что даёт им два часа для того, чтобы осмотреться и отдохнуть от перелёта, а сам уехал, сославшись на занятость. Но мать с восторженным сыном, не распаковывая багаж, отправились на экскурсию. Клавдия восхищалась буйной фантазией дизайнеров. Они умудрялись из простых вещей, из песка и глины создавать сказочную атмосферу. Они любовались, как из огромного, разбитого кувшина текла струйкой вода, а на лужайке цветочные шары, казалось парят над землёй. Отельный комплекс состоял из десятка уютных, небольших корпусов, увитых ползущим плющом, с множеством цветников, фонтанов и фонтанчиков, несколькими бассейнами, кафе и барами. Обойдя территорию они поняли, что выход за пределы есть только один– через центральный корпус, где находился ресепшн и большой зал ресторана. Вот туда они и направились на аромат свежей выпечки, фруктов и жареных сосисок. Наступало время ужина и туристы со всех сторон, с оранжевыми браслетами на руках потянулись к открытым дверям, возле которых, услужливо раскланивались милые сотрудники ресторана. На душе матери и сына царил праздник. Клавдия радостно порхала от того, что у неё начинается новая, нарядная, чудесная жизнь рядом с надёжным мужчиной. А Василий ликовал во-первых, что счастлива мама, во-вторых, что не надо ходить в школу, а в-третьих, он мог целыми днями купаться в море. Так он и проводил время, часами безвылазно сидел в воде, одев маску и ласты и рассматривал занимательную морскую жизнь или плескался в бассейне возле отеля. Клавдия громко ругалась на сына, и шлепками выгоняла из воды. Ведь нужно соблюдать хоть какой-то режим: завтрак, обед, ужин по расписанию и послеобеденный сон. Громкие восклицания матери приводили в глубокое возмущение европейцев, которые отдыхали в этом же отеле и имели совсем другие взгляды на воспитание детей. А вечерами они гуляли втроём по городу, ели мороженое и отплясывали на дискотеке. Клавдия издалека и постепенно вела беседы с сыном о том, что как бы было здорово остаться жить здесь, каждый день купаться в море, выучить новый язык, подружиться с другими детьми в школе. Со стороны казалось, что и с Халилом мальчик постепенно находит общий язык. Они сидели на спор под водой – кто больше просидит без воздуха, катались на банане по морю и прыгали на батутах.У молодого египтянина не имелось большого опыта общения с детьми, и поэтому неуёмная энергия Василия утомляла и даже раздражала. Находилась ещё одна причина для немого возмущения – приходилось усмирять свою плоть. Сексом занимались урывками и скоротечно, пока сын резвился на территории отеля. Клавдия же радовалась, что всё так ладно складывается. Женщина плыла по течению счастливо бестолково и слепо. В этом состоянии любви она растекалась и плавилась, как сахарный сироп на жаре, не замечая и не желая думать ни о чём, что могло бы омрачить её прекрасное существование. И остался один не решённый вопрос– поездка в Каир для знакомства с родителями.