Книга Шариковы дети, страница 88 – Татьяна Нильсен

Пантелеев посидел в машине несколько минут, соображая. Он не понимал, что его так будоражит. Табло в автомобиле показывало пять часов пятьдесят минут. Возвращаться домой не имеет смысла, всё равно сон улетучился. Порывшись в карманах, понял, что сигареты остались на кухонном столе. Он чертыхнулся, вырулил со стоянки и направился в сторону Бойни. Остановив машину возле павильона, опустил стекло и пригляделся: за заставленной витриной горел свет, значит, кто-то внутри и может продать сигареты. Дверь оказалась не запертой, от трезвона дверного колокольчика, крупная, размалёванная продавщица оторвала голову от прилавка, на котором дремала, подложив пухлые руки.

— Вы всю ночь работаете?

— Нет. Это раньше, когда можно было спиртным торговать и на Бойне люди жили, – женщина поправила причёску и пригладила синий фартук. – Открываемся рано утром, когда смена на автобазу приезжает. Мужики пайкой запасаются и сигаретами. Больше никого нет, дома снесли, жителей расселили. Оставалась одна бабушка, всё хлеб с лапшой покупала и та сегодня ночью сгорела.

— Как сгорела? – внутри Кости образовалась яма.

— Мужики в пять на смену приехали, сначала услышали истошный лай собак, а потом и пламя. Вызвали пожарных. Те ехать особенно не торопились, кого спасать, думали, что никого нет.

Пантелеев пулей выскочил из ларька и опрометью кинулся к машине. Через пару минут увидел дымящиеся обуглившиеся остатки дома бабы Фимы, пожарную машину с пустой кишкой и троих огнеборцев. Он с силой закусил нижнюю губу, сжал кулаки и набрал полные лёгкие воздуха.

— Что произошло? – он подошёл к первому пожарному и показал удостоверение.

— Полиция что здесь делает? – нагло посмотрел на капитана мужчина в снаряжении и экипировке пожарного. – Вроде никто не вызывал.

— Представьтесь! – грубо рявкнул Пантелеев. – И объясните, почему прибыли на вызов с задержкой!

— Сержант внутренней службы Куролесов, – служака вытянулся, насколько позволял костюм. – По адресу определили, что район снесли, жителей нет, и пожар никому не угрожает. Единственная причина, по которой среагировали на вызов, это то, что огонь мог перекинуться на технику, которая работает неподалёку. Вокруг отвалы пустой породы, которая, как мы знаем, не горит.

— Выяснили причину пожара?

— Сейчас этим занимаемся, дом брошен, может бомжи хозяйничали, может наркоманы варили зелье или курили.

— Дом могли поджечь снаружи в нескольких местах, – к ним подошёл другой пожарный. – Я нашёл канистру из-под бензина. Странно, но в жилище было электричество. Какой-то умелец на скрутках подсоединился не легально.

— Внутри обнаружили кого-нибудь? – Константин спросил с замиранием сердца и с маленькой надеждой. Может баба Фима отправилась по гостям?

— Только огонь сбили, внутри ещё не смотрели. Говорю же, пустой район. Только собаки истошно выли и метались.

— Вызывайте полицию и скорую. Здесь проживала бабушка. Она содержала собачий приют.

Пока ждали представителей власти, пожарные осмотрели помещение и сделали выводы, что спасать уже некого. Неожиданно Пантелеев услышал еле слышный писк. Он напряг слух и двинулся на звук. Осторожно переступая, подошёл к сараю, где содержались собаки. Крыша и перегородки выгорели полностью, сохранилась лишь стена, прилегающая к дому. Подошвы чавкали в горелой жиже – пожарные не жалея воды, залили всё вокруг. Звук повторился, и Константин махнул рукой сержанту: