Книга Гробовщик для царя, страница 48 – Татьяна Нильсен

— Мы ведь тоже гости. Вот моя мама, чтобы всё успеть, приглашает на помощь официантов из ресторана.

Елизавета уже тёрла полотенцем серебряные вилки и ножи у стола в гостиной и не слышала разговора, а мать, обескураженная, что-то промычала и вернулась к своей кулинарии. Уже потом Заболоцкая старшая выяснила, что подружки не принесли даже букета цветов! Впоследствии мать попыталась повлиять на мнение девочки, чтобы та изменила своё отношение к этой, так называемой дружбе, но в этом возрасте что-то менять, только портить. Мать с дочерью разругались в пух и прах и не разговаривали друг с другом почти неделю.

И всё же должно было настать время прозрения, и оно настало. Когда Елизавета пошла в одиннадцатый класс, карьера родителей резко взметнулась в гору, соответственно материальное положение в семье прилично выросло. Отец приобрёл у коллеги дачу, тот уезжал на долгосрочную службу в другую страну, и содержать на расстоянии недвижимость за городом не видел смысла. Дача оказалась прекрасной! На берегу реки, двухэтажная, с огромными окнами, с площадкой для барбекю, с поленницей, камином и деревянная, как и положено даче. Родителям приходилось часто бывать в заграничных командировках. Так случилось и в этот раз. Грех было не воспользоваться таким случаем. Елизавета, на правах хозяйки пригласила весь класс отпраздновать восьмое марта в прекрасном месте, а именно, в их загородном доме. Класс с восторгом принял предложение, тем более что добраться до места оказалось проще простого. В дачный посёлок ходили автобусы, и останавливалась пригородная электричка. Девочки отвечали за провиант, а мальчишки за напитки. Елизавета решила освоиться на месте заранее, пересчитать посуду и докупить в местном магазинчике разовые тарелки и вилки, если не хватит на всех. Ребята из класса решили добираться вместе. В автобусе большой компании будет тесно, да и рискуют все не поместиться в одном, а в электричке места хватит по любому. Когда орава подростков оказалась у кованых ворот, то сразу не сообразила, что попала действительно по адресу. Лиза выскочила, чтобы нажать кнопку автоматического открывания ворот и увидела немой вопрос на лицах. Кто-то из толпы спросил:

— Заболоцкая, ты хочешь сказать, что это дача?

— Ну, да, – Лиза пожала плечами и махнула рукой, – проходите скорее!

Ещё пару секунд толпа не двигалась. В представлении подростков вырисовывалась дача, как небольшой домик с верандой и баней, а перед ними возвышался элитный коттедж. Через секунду осознание пришло, и толпа с шумом поднялась на крыльцо. Сначала всё шло весело и интересно. Одноклассники, как муравьи расползлись по всему дому, ощупывая тяжёлые испанские шторы, осматривая бильярдную, каминную и сауну со стеклянными дверями. Потом все стеклись в столовую, и пошло веселье и смех. В какой момент произошло помутнение, Лиза не сообразила. Сначала просто упал и разбился бокал из-под шампанского. Этот незатейливый факт вызвал взрыв смеха! Наверное, ещё потому, что бокал был из богемского хрусталя. Кто-то кричал, что это на счастье! Одного фужера показалось мало, молодняк взялся бить посуду. Вскоре на столе остались только пластиковые круги с остатками еды. Толпа подскочила и кинулась к реке. Хорошо, что стоял март и на купание никто не осмелился, потом вернулись в дом и гости, как горох рассыпались по комнатам. Кто-то проник в отцовский погребок, где отец держал бутылки с элитным алкоголем для особо важных случаев. Вот тут и началась форменная вакханалия. Лиза пыталась сопротивляться, отговаривать и увещевать, но её уже никто не слушал. Она, опустив руки, сидела в столовой, тупо наблюдая, как дербанится жилище, которое с такой любовью обустраивали родители. Елизавета с жутким разочарованием следила за перемещением своих закадычных подруг, которые предались общему разрушительному веселью.