Книга Кладбищенский цветок, страница 107 – Татьяна Нильсен

Краснопёров посмотрел на часы с тоской. Он очень устал, хотел спать и чувствовал невероятный голод. Циферблат на стене показывал восемь вечера. Павел глянул на Зиновьева, тот, похоже, чувствовал то же самое. Во всяком случае, голод пробрался и в живот Богдана, хуже, если ожила язва. Коллеге необходимо питаться по часам, а не как степному волку, урвал кусок и радость на неделю.

— Богдан, иди домой, я дождусь Ивушкина. Всё равно сегодня уже ничего предпринять не успеем.

— Это, смотря какая информация, – Зиновьев включил чайник, – а то придётся двигаться в убыстренном темпе. Давай, лучше кофе выпьем.

Павел кивнул, хотя от кофе его уже тошнило, и аромат не возбуждал желание. Вот бы пельмешек или котлетку с пюрешкой! Что воду по пузу зря гонять!

— Водитель давно у Богословского работал?

Краснопёров перешёл на другую тему, скорее, чтобы отвлечься от мыслей о еде. Он уже всё выпытал у Зиновьева, но лучше ещё раз проговорить информацию, вдруг какая-нибудь мелочь ускользнула.

— Почти пять лет, – коллега принял посыл. – Он о нём хорошо отзывается, говорит, не злобствовал, не вёл себя, как зажравшийся олигарх, с пренебрежением к подчинённым. Любил поболтать, но о личной жизни никогда не распространялся. Любовниц не возил, но подозревает, что вторую, тайную жизнь имел.

— Назвал адреса?

— В том-то и дело, что когда нужно было поехать в частном порядке, бизнесмен отпускал шофёра или брал свой автомобиль.

— Мы в Горячевске какую машину обнаружили служебную или личную?

— Служебный «Лексус».

— Что за выставку он посещал накануне смерти?

— О, вся Москва гудит и не только! Хозяйка галереи «Гармония» Людмила Симонович абы кого не принимает, только стопроцентные таланты! Фотограф из Белоруссии Никодим Заиграев. Говорят, его работы просто шокируют, пресса захлёбывается в восторженных тонах. Может, суета создана искусственно. На огромных площадках открывают рот поющие трусы, потому что это кому-то нужно, и деньги вбухиваются немалые на раскрутку. Может и этот талант кем-то оплачен.

— Богословский, помимо нефтяных котировок, разбирался ещё и в искусстве?

— Промышленник Михаил Гуцериев пишет же песни, за которые исполнители готовы глотку драть друг другу. И не факт, что песнюшки написаны талантливо. Вокруг больших денег всегда крутиться много шелухи.

— Как долго он пробыл на выставке?

— Со слов шофёра минут сорок.

— Вообще странная ситуация, мужик таскает за собой в людном месте миллион евро, без охраны. Почему не оставил в машине?

— Наверно никому не доверял. Водитель сказал, что бизнесмен не менял привычки, папки с документами были всегда при нём. И потом, кто знал о деньгах? Шофёр привёз его к банку, Богословский вошёл с кейсом и вышел с ним, что внутри не известно. Про миллион я узнал от управляющего банком. Если не убийство, то и эта информация осталась закрытой. В последнее время бизнесмен выводил деньги в оффшоры. Этот миллион последняя сумма. На данный момент все счета закрыты, и сколько там лежало управляющий ни за что не скажет. Это закрытая информация. Может только по запросу от Генеральной прокуратуры.

— Он обчищал свою компанию?

— Скорее всего! Богословский боялся разоблачения и не складывал все деньги на своё имя, для этого использовал счета жены и сестры. Такая схема отработана давно. Если деляга попадается на махинациях, то расследование не находит ничего, он чист! Выходит из мест заключения, а дворцы, яхты самолёты на жёнах, любовницах, престарелых родителях. Вот он снова богат! А под нашим бизнесменом уже горел стул, он это чувствовал, поэтому выводил капиталы из России. В какой стране прятал, не имеет значения! Узнать пункт назначения трудно, но возможно, только просто так вернуть деньги не получится, европейские банки хранят тайну вкладов и, ни за что не расстанутся с миллионами. Надо ещё доказать, что суммы на вкладах получены не честным путём!