Книга Стадное одиночество, страница 78 – Татьяна Нильсен

— Ветровка голубенькая на тебе была.

— Точно! – мать кинулась в комнату и вернулась через минуту. – Я и забыла! Подобрала, в карман сунула и не выкинула, засуетилась, потому что дождь начинался. Покойникам ведь тоже порядок нужен, они мусор не любят! – она протянула смятую бумажку Владимиру Николаевичу. – Вот, возьмите!

В участок Владимир вернулся в полном удовлетворении. Как говорится, и сыт, и пьян, и нос в табаке! И пирогов отведал, и улику заполучил, осталось только дождаться гостей из Москвы.

Стяжкин тем временем изнывал от жары, стоя в длинной колбасе на выезде из города. В это время года дачники сновали между Москвой и пригородом, с дач они везли в Москву урожай, свежие соленья и джемы. Вместо запланированных трёх часов путешествие займёт четыре часа, не меньше. Главное, чтобы был толк от этой поездки. В районном центре полицейский участок он нашёл быстро. Войдя в прохладное помещение, московский следователь подивился тишине. Участковый сидел, закинув ноги на стол, и читал газету.

— Добрый день! – Стяжкин остановился на пороге. – Мне нужен участковый Полетаев.

— Жду, жду! – Владимир сбросил ноги и резво подскочил, – из Подольска меня предупредили о вашем приезде. Готов доложить!

— Да, я, собственно, из отчёта всё выяснил – когда обнаружены останки, где и кем. Вопрос один – в селе как то комментируют произошедшее? Как правило, местные видят больше, чем говорят, просто не обращают на некоторые факты внимания. Если вы не опрашивали жителей, то я сам готов пробежаться по селу.

«Ишь ты, прыткий какой, готов он пробежаться! – усмехнулся про себя Полетаев. – Только кто с тобой разговаривать станет? Местный люд привередлив и осторожен. Он пришлых не любит, особенно тех, кто с расспросами лезет. Здесь каждая собака на учёте, а ты – с городской мордой!»

— Народ я опросил, не извольте беспокоиться! – уверенно, но с долей сарказма отрапортовал участковый. – Не смотрите, что мы деревенские, мы – граждане очень исполнительные.

— Да ладно, не обижайся, – Стяжкин неожиданно перешёл на ты. – Знаю, что дознание проведено в лучшем виде. И тишина здесь, закачаешься! Не то что мы, как на вулкане, каждый день ЧП!

— Предупреждаем преступность, беседы проводим. У нас здесь тихо. Проблемы имеются, конечно, но местечкового характера – коза пропала, соседи участок не поделили или кто то взялся самогоном торговать. Останки привезли чужие, закопали ночью или поздно вечером. Никто из местных посторонних машин не видел. На электричке или автобусе с мешком, в котором лежат отрубленные человеческие руки, какой бы отбитый псих ни был, но поехать бы не рискнул. Значит, был частный автотранспорт.

— Из отчёта я понял, что останки убийца поместил под слой земли без упаковки. Странно это. Везли ведь всё равно в пакете, чтобы салон кровью не запачкать.

— Думаю, преступник хотел, чтобы останки быстрее разложились. В полиэтиленовом пакете руки пролежали бы гораздо дольше, – участковый поднялся из за стола. – На кладбище можем поехать, но сразу говорю, что толку в этом мало. Покойники ничего не расскажут, а живые ничего не видели.

— Почему убийца выбрал именно это кладбище? Может, есть какие нибудь соображения?

— Эксперт из Подольска обмолвился, что тело находилось неподалёку от района «Белая слобода». Это как раз по направлению в нашу сторону.