Книга Потерянная страна Лагом. Книга вторая, страница 89 – Татьяна Нильсен

— Он рассказывал о своём прошлом?

— Нет. Эту тему не трогали. То, что на СВО он попал из мест не столь отдалённых, я понял ещё на фронте.

— Где намерены похоронить Спесивцева?

— В Королёве, конечно! Он оттуда родом. В Москве своих покойников хватает.

— У вас же подписка о невыезде или отец генерал подсуетился? – Трещёткин не выдержал и снова подколол Петра.

— Я заявление написал и получил разрешение от Ведерникова, – Пивоваров даже ухом не повёл. – И отец, конечно помог. Мне бы даже тело не отдали.

— А вы вообще любитель выпить?

— И могу и люблю в хорошей компании с доброй закуской. К чему вы это спрашиваете?

— С похмелья болеете? Рассола утром душа требует?

— Я, кажется, понимаю, к чему вы клоните, – Петя потёр подбородок. – Похмельем я никогда не страдал, успевал уснуть до того, как бочка переполнится. А вот в тот день утром уже, когда появилась полиция, я не понимал, где нахожусь и голова просто раскалывалась. После ареста думал, что в таком состоянии я не смог бы кого-нибудь убить! И водку мы пили качественную, не бурду какую-нибудь, – Пивоваров глянул на часы. – Извините мне надо идти забирать гроб с телом. Надо успеть похоронить дотемна.

Мужчины вышли на улицу. Трещёткин демонстративно засунул руки в карманы куртки. Он почему-то не хотел пожимать руку Пивоварову. Пётр, не обратив внимания на демарш следователя, просто кивнул и повернулся уходить, но Александр Алексеевич его окликнул:

— Как себя чувствует ваша жена? Поздравляю, скоро вы станете отцом.

— Спасибо за поздравления, да только ещё рановато! Мария решила рожать ребёнка в Швеции у своих родственников. Она уехала, пока я находился в СИЗО. Я не могу её винить, сам много ерунды наворотил! И родители не смогли жену удержать и вот за это я на них сердит! – Пётр насторожился. – Почему вы спрашиваете?

— Передавайте привет Марии Андреевне! – увильнул от ответа следователь. – Надеюсь, у неё будет всё хорошо!

Трещёткин резко повернулся и быстро направился к своему автомобилю. Он уже завёл мотор, как услышал дробь по стеклу. Следователь открыл дверь и с удивлением уставился на Пивоварова, который запыхался от быстрого бега.

— Вы что-то забыли?

— Вот именно у меня совсем вылетел из головы один важный факт, – Пётр отдышался. – Дело в том, что как только мы расположились на кухне, прозвучал звонок, Виталий вышел и замешкался в прихожей. Он разговаривал по городскому телефону.

— Да я заметил, что в квартире есть стационарный телефон, – кивнул следователь. – Думал, что такой связью уже никто не пользуется. И с кем разговаривал Спесивцев?

— Я не знаю, скорее всего, со службой доставки. Самого разговора я не слышал, а когда Виталий вошёл на кухню из прихожей, то попросил меня выйти вместе с ним на улицу и поднять какой-то габаритный пакет. Я ещё спросил, что он заказал? Спесивцев лишь отмахнулся, мол, никаких заказов не делал, наверное, что-то привезли для хозяйки квартиры. Мы вышли на крыльцо без тёплой одежды, прождали минут пятнадцать, замёрзли как собаки и вернулись назад. Виталий предположил, что диспетчер со службы доставки перепутал или адрес, или номер телефона и заметил, что уже второй раз попадается на такую ошибку.

— Вы упоминали этот факт на допросах в РОВД?

— Да сообщил, конечно, но я не предавал никакого значения этому обстоятельству. Мало ли что и где могли перепутать.