Книга Верёвка из песка, страница 71 – Татьяна Нильсен

— Не говори плохо о моей матери! – разозлилась Рита. – И Виталий поправится! Ты видишь, он крепкий!

— Извини подруга. Всё, что происходит в последнее время, совсем выбило меня из колеи. Вокруг вижу только негатив, – она погладила Риту по руке, – Конечно, Артюхов встанет на ноги. Знаешь, он ещё попросил показать место, где мы Жучку похоронили. Ты помнишь?

— Конечно! Зачем ему мёртвая собачка?

— Он думает, что она могла укусить того, кто проник в квартиру. Хочет, чтобы эксперты исследовали останки.

В кабинет вернулся Виталий.

— Алиса у вас есть номер телефона Василисы?

— Нет. В Турции, как правило, никто не пользуется телефоном. Очень дорогой роуминг. Последний раз, когда я встретила Васю в аэропорту, а потом пригласила её в кафе, то дала свой номер и пригласила на косметические процедуры. Честно сказать, в этот момент голова была забита другими вещами. Помню, сидела как на иголках, потому что должен был прийти слесарь менять замки, а приятельница заказала какую-то выпивку, всё говорила, говорила. Я думала, не отвяжусь от неё. А почему вы спрашиваете? – спохватилась Алиса.

— И фамилию не знаете?

— Да как-то не спросила, – женщина недоумённо пожала плечами.

— Дело в том, что ни в одной из птицефабрик в Серпухове и в округе нет бухгалтера по имени Василиса. Мало того ни один директор не имеет жену бухгалтера в этой же организации.

— Странно. Она так правдоподобно описывала свою семью, детей, мужа.

— Мы решили посмотреть с другой стороны и предположили, что имя вашей спутницы не Василиса, но под описание не подходит ни одна жена, ни одного директора, ни одной из птицефабрик!

— Как же так? – Алиса растерялась.

— Эта женщина вам врала! Но зачем? Случайно ли вы познакомились?

* * *

Светлана Тимофеевна с сыном завтракали на кухне. Еду пережёвывали молча и сосредоточенно только перебрасывались короткими репликами.

— Ещё кофе?

— Нет, спасибо.

— Бутерброд?

— Давай, с колбасой.

Мать не выдержала и задала вопрос, который хотела задать уже несколько дней, но не решалась:

— Что у тебя с Татьяной? – Светлана Тимофеевна пыталась выглядеть равнодушной, однако голос выдавал некоторое волнение. В кои веки Валера встретил приличную девушку, пригласил пару раз на свидание и неожиданно охладел.

— Почему ты спрашиваешь?

— На всякий случай, ты мой сын, и я закономерно интересуюсь твоей личной жизнью.

Валера задумался на секунду, чтобы сформулировать ответ:

— Мне с ней не просто. Таня очень умная, красивая. Я всегда должен соответствовать, – он замолчал, потом в сердцах добавил. – Ещё этот ребёнок.

— С примитивными и непритязательными всегда просто. С ними скоро становится скучно. Это умная женщина тянет до себя. С ней всегда надо быть в тонусе и всегда приходится работать над отношениями. Она не даст загрустить, – мать поднялась и начала убирать со стола. – Ты же любишь вишню? – Валера пожал плечами. Зачем отвечать на очевидное. – А косточки выплёвываешь? – мать, не обращая внимания на Валеру, составила посуду в раковину и нравоучительно произнесла. – Так учись выплёвывать косточки и одновременно любить вишню!

Помолчали. Вильницкий поднялся.

— Мне пора на работу. Тебя подвезти?

— Сама доберусь. Татьяне сегодня ко второй паре.

Уже у порога, в спину до Валеры донеслось:

— Это не её малыш. Сестра с мужем погибли в автокатастрофе почти два года тому назад. Ребёнка успели достать из утробы матери, когда та была уже мертва. Татьяна оформила усыновление и для всех это её сын. Я не должна была этого говорить, но раз для тебя этот факт является препятствием в отношениях, то думаю, что ты должен знать.