Книга Смертельный вояж, страница 32 – Татьяна Нильсен

И опять его обстоятельность одержала верх, Захарченко решил проанализировать все, что могло касаться девушек. Но прежде он отправился в НИИ Министерства внутренних дел, в отдел, где расследуют преступления содержащие признаки серийности и проверить, не случалось ли аналогичных убийств на территории России. В этом отделе работали сотрудники ряда подразделений МВД, Генеральной прокуратуры, а также группы из отдела судебно-психиатрических экспертиз Федерального центра им. Сербского. Несколько лет назад Захарченко приходилось обращаться в этот отдел по поводу определения вменяемости гражданина Франции, который периодически приезжал в страну якобы по вопросам бизнеса и снимал небольшой, но фешенебельный дом в районе Рублёвки. На улицах города он знакомился с мальчиками – подростками из неблагополучных семей, привозил в дом под разными предлогами и совершал над ними извращённые действия сексуального характера. Этот извращенец снимал всё это на видео, которое впоследствии продавал через интернет. Вышли на этого урода случайно. Одного мальчика избитого и без сознания случайные прохожие увидели на дороге, ведущей к городу, и вызвали скорую помощь. И уже в больнице, когда мальчик пришёл в себя, то рассказал полицейскому, который прибыл опросить его, кто он, где живёт, и что привело на дорогу, где его нашли полумёртвого. Сразу провели обыск и задержали упыря. Тогда Захарченко понял сразу, что француз не мог быть один, кто-то у него есть в сообщниках. Но лягушатник в камере вдруг сделался невменяемым, то пускал пену изо рта, то расшибал голову до крови, то в обмороки грохался, то на понос исходил неимоверный. Оно и понятно, от ужасных мыслей о тюремном быте, да с такими статьями только петухом кукарекать или уж сразу в петлю. Вот тогда Захарченко и обратился к профессору Яблокову Петру Ивановичу, который очень помог в этом деле. Он, как экстрасенс даже дал описание сообщника, которого вскоре задержали.

Они встретились у дверей института, радостно приветствовали друг друга, как давние приятели.

— Ты ко мне? – Яблоков радостно протянул сухую ладонь.

— Да Пётр Иванович, мне нужна ваша консультация.

Захарченко с пиететом относился к высокому, седовласому, интеллигентному профессору и в отличие от него величал на Вы, хотя они не имели большой разницы в возрасте и занимаемых должностях. Профессор взял за локоть Захарченко и увлёк к автомобильной стоянке.

— Ильич, я очень голоден, с утра капли маковой в рот не попало. Поехали, я знаю здесь недалеко одно тихое место, где мы с тобой и поговорим, и отобедаем, так сказать совместим полезное с приятным.

— Хорошо. Только повествование моё будет кровожадным. Это не испортит аппетит?

Профессор открыто рассмеялся:

— Если бы всё, с чем и с кем я имею дело, портило мне аппетит, то давно умер с голоду. Ты же знаешь, я вроде тех патологоанатомов, которые любят чаю попить, бутерброд сжевать в присутствии нескольких развороченных, кровавых трупов.

После еды Захарченко рассказал подробности преступлений, стараясь не упустить каждую мелочь. Несколько раз Пётр Иванович останавливал повествование, уточняя ту или иную подробность. Они пили кофе, вальяжно развалившись в удобных креслах уютного ресторана. Профессор молчал несколько минут, потом медленно начал описывать возможные характеристики убийцы: