Книга Инженер смерти, страница 83 – Валерий Шарапов

Кушнир взял пистолет, вышел из машины, открыл заднюю дверь:

— Вылезай.

Никитин вышел. Встал, пошатываясь — нога не слушалась. Кушнир держал пистолет наготове, не спуская глаз с Никитина.

— Где встреча?

— Вон там. — Никитин показал в сторону полуразрушенного цеха за грудой ржавых бочек. — Внутри.

Кушнир оглядел местность. Пусто. Тихо. Слишком тихо.

— Если это ловушка, — медленно сказал он, — ты умрешь первым.

Он толкнул Никитина вперед, и они пошли к цеху. Шли медленно, осторожно. Кушнир оглядывался, держа палец на спусковом крючке револьвера. Никитин шел впереди, прихрамывая, не оглядываясь.

Они вошли внутрь. Цех был огромным — провалившаяся крыша, обломки балок, разбитые окна высоко под потолком. Сумерки сгущались, и внутри было темнее, чем снаружи. Кушнир достал из кармана фонарь, щелкнул — луч света выхватил из темноты бетонный пол, груды мусора, ржавые станки.

— Дальше, — приказал он.

Никитин прошел в центр цеха и остановился. Кушнир поставил рядом с ним ящик с пистолетами — тяжело, с глухим стуком.

— Стой здесь, — сказал он.

Он расстегнул наручники, снял их с запястий Никитина и отступил на шаг, держа пистолет наготове.

— Жди своих покупателей. А я буду рядом. — Кушнир усмехнулся. — И помни: ты у меня на прицеле. Одно неверное движение, неправильное слово — и все.

Никитин опустился на перевернутую пустую бочку, потирая запястья.

Кушнир отступил еще на несколько шагов, потом развернулся и пошел вглубь цеха — туда, где темнота была гуще. Шаги его стихли. Фонарь погас, и майор словно растворился среди обломков балок и груд кирпича.

Никитин сидел посреди пустого цеха в круге слабого света, пробивавшегося через пролом в крыше. Ящик с наганами стоял рядом — тяжелый немой свидетель. Пистолеты внутри были не заряжены. Пустые. Бесполезные.

Никитин достал из кармана смятую самокрутку, нашел спички, закурил. Дым поднялся вверх, растворяясь в холодном вечернем воздухе.

Он знал, что Кушнир где-то там, в руинах, прячется во мраке, держа его на прицеле. Потому любое движение могло оказаться для Аркадия последним. Но он сидел спокойно. Курил. И ждал.

Никитин сидел на ящике, докуривая самокрутку, когда услышал шаги. Негромкие, осторожные — несколько человек. Он не повернул головы, только прислушался.

Через проем, где когда-то были ворота, вошли трое. Женщина и двое мужчин.

Женщина была первой — высокая, в сером распахнутом плаще, с платком на голове. Лет сорока, может, чуть больше. Лицо строгое, интеллигентное. За ней шли мужчины: один — крупный, широкоплечий, в кожаной куртке; второй — невысокий, лысый, в очках, с портфелем под мышкой.

Они остановились в нескольких шагах от Никитина. Женщина оглядела цех — медленно, внимательно, будто оценивая помещение. Потом посмотрела на Никитина.

— Здравствуйте, — сказала она с сильным прибалтийским акцентом. — Вы тут… долго ждете?

Никитин встал. Кивнул:

— Недолго.

— Хорошо, хорошо. — Она подошла ближе, оглядела ящик. — Это… что это?

— Ящик, — спокойно ответил Никитин.

— Да-да, вижу. — Она улыбнулась, но улыбка не коснулась глаз. — А что в ящике?

— Посмотрите сами.

Женщина не сдвинулась с места. Крупный мужчина за ее спиной тоже стоял неподвижно, держа руки в карманах. Невысокий лысый поправил очки и достал из портфеля блокнот.