Книга Побеждая смерть. Livor Mortis, страница 109 – Рид Солгрет

— Садись быстрее! – Взгляд Сиэла скользнул по острым скулам Лиама, кожа которых была в мелких ссадинах, и проступающую кровь можно было разглядеть в этих сумерках.

— Тебя не хватит на нас двоих, – покачал головой Моррис. – Ты сам этого не выдержишь.

— Ты с ума сошел? – воскликнул Эдвард, не ожидая, что Лиам будет сопротивляться.

— По-моему, только ты, – едва заметно улыбнулся Моррис.

— Садись, или я затащу тебя сюда за шиворот, – прошипел Сиэл, наклонившись к Лиаму. – Садись немедленно!

Моррис нахмурился, но больше Эдварду не пришлось повторять это, и белая карета легко и быстро, управляемая торопящимся Сиэлом, понеслась в сторону заброшенного особняка.

21 октября 1824 г.

Кентербери, Кент

Если бы у Лиама однажды, еще до его смерти, спросили, сколько стоит его жизнь, он бы, не задумываясь, ответил, что всего золота мира не хватит, чтобы ее оценить. Сейчас же, когда он посматривал, как Эдвард изо всех сил стегает лошадей, Моррис бы предпочел отдать все, что угодно, лишь бы Сиэл опомнился.

Но никто у него ничего не спрашивал, и их экипаж несся вперед, к печальному финалу.

Тонкая розово-оранжевая полоска закатного солнца между землей и небом стремительно уменьшалась в предвкушении наступающей ночи, и Лиам не сводил с нее взгляда, пытаясь ни о чем не думать.

Когда они затормозили перед полуобвитым плющом особняком, Эдвард, даже не обратив внимания на Морриса, спрыгнул со своего места и кинулся доставать из кареты Филлип, которая за время их дороги стала еще бледнее.

— Надо спешить. – Сиэл торопился, но его движения были осторожными и нежными. Он помнил все, что выливалось из Лиама, все оттенки, запахи и примерный состав, и ему не хотелось, чтобы с его невестой происходило то же самое.

Если предыдущие разы Моррис заходил в этот дом следом за Эдвардом с опасением или любопытством, то сейчас он шел туда словно на эшафот. Быстрый бег по саду тоже давал о себе знать. Впервые за эти несколько дней его ножевая рана снова стала кровоточить и дергать. Это беспокоило. И впервые за всю эту неделю Лиам почувствовал, что устал.

Чуть замешкавшись в гостиной, он прошел за Сиэлом в дальнюю комнату, где Эдвард уже успел стянуть с Ребекки пальто и положить ее на один из столов. Только сейчас до Морриса дошло, что ни он, ни Сиэл даже не обратили внимания на то, как сильно похолодало в эту ночь. Лиам хотел было спросить, не замерз ли Эдвард, но тот суетился вокруг девушки, подключал какие-то электроды, что-то сверял с книгами, и Моррис предпочел не вмешиваться, прислонившись к дверному косяку.

— Мне нужно немного воды и какая-нибудь, желательно чистая, ткань, – сказал он через некоторое время.

— Где я ее тебе найду? – равнодушно пробормотал Лиам.

Услышав это, Сиэл отложил склянки с каким-то лекарством и, впившись взглядом в Морриса, подошел к нему почти вплотную. Красивый, ровный цвет хоть и уставшего лица Эдварда, его яркие карие глаза напротив усохшего и потемневшего Лиама выглядели как торжество жизни над любой иллюзией существования.

— Ничего, – прошептал Сиэл, намеревавшийся выплеснуть на Морриса свою злость, но передумавший это делать. – Я поищу сам. – Он увидел свое искаженное отражение в глубине глаз Лиама, и ему стало несколько не по себе, но от своих планов он не отказался.