Книга Десерт из тайн для Скорпиона, страница 107 – Соль Решетникоф

В самое обычное воскресенье июля из распахнутых окон желтых двухэтажек доносились запахи рагу и возгласы болельщиков. Этот маленький, провинциальный город, с первого взгляда, вряд ли походил на место, где второе десятилетие средь бела дня похищают людей. На его периферии уже колосилась зрелая пшеница, но не было никаких признаков приближающейся жатвы.

Бенито крался по полю. Густые, темные с легкой проседью волосы трепал суховей. Перед глиняным домиком на пригорке он замедлился, ощупывая цепким взглядом окрестности.

Когда с заднего двора раздался странный шум, он зарядил пистолет и, слегка волоча ногу, пошел дальше, вглубь оливкового сада. Прямо перед ним две дикие кошки промелькнули и исчезли в кустах. Следуя за ними, он спустился к ручью. В нескольких метрах от воды заметил тело.

По запыленным белым кроссовкам с красными шнурками догадался, что это похищенный сын текстильного магната Карризи.

Большие черные мухи ревностно жужжали над трупом. Верхнюю часть тела покрывала прозрачная вода. Бесси бережно перевернул, положил парня на пожухлую траву:

— Не успел. Кто-то опередил меня.

Тут до него донесся безутешный плач ребенка. Бенито снова достал свой Beretta 92 и направился в сторону дома.

Толкнул скрипучую дверь. Из душного помещения на него обрушился запах смрада. Ставни были закрыты, несмотря на полуденное солнце. Левой рукой он ощупал стену. Клацнул по панели.

Прищурив глазки от скудного света лампы, ребенок снова зашелся в плаче. На фоне убогой обстановки из стола и скамьи, Бенито увидел кровать, на ней – сына с красным от слез лицом. Чуть поодаль – неподвижную молодую жену.

Внутри него все оборвалось. На висках выступили капельки пота. Он подошел ближе. Упал на колени. Осторожно касаясь холодной руки, рассмотрел в набухшей вене красный след от иглы. Все еще не веря, что Агата мертва, Бенито ласкал взглядом ее длинные шикарные волосы, разбросанные по подушке, тонкие, аристократические черты на контрасте с простой рубашкой из грубого льна. В огромных глазах, когда-то полных жизни, застыли ужас и удивление. Он накрыл ладонью ее лицо. Выстрелы, погони, запах пороха, визг тормозов – всё это было частью их короткой совместной жизни. И теперь она мертва: «Почему ты поехала сюда? С кем? Я думал, гостишь у родственников. Ты просила не беспокоиться. Я тебе поверил».

Утирая слезу, он перевел взгляд на безутешного сына, убрал пистолет. Взял его на руки, принялся успокаивать. Ходил по комнате, выискивая хоть какие-то следы убийцы.

— Ты голодный, мой мальчик. Ну же, Рафаэле, не плачь. – Похлопал малыша по спинке. Заметил на столе черствый хлеб. Отломил кусочек, смочил слюной, поднес ко рту сына. Рафаэле, все еще всхлипывая, причмокивая от голода, жадно принялся сосать старый хлеб. Так Бенито когда-то кормил младшего брата, а тот, когда вырос, предал его и сбежал.

Он поцеловал сына, сел с ним за стол, погладил по темным, непослушным волосам. Малыш прижался к отцу, доверчиво обхватив шею ручонками. Бенито закрыл глаза, вдыхая запах его волос:

— Теперь ты – вся моя жизнь, знаешь? И нам предстоит спастись.

Подумав, он отправил смс-ку.

«Я на месте.»

Посадил сына рядом с матерью. На полу у кровати, со стороны тела жены, заметил книгу – «Божественную комедию». Между страниц торчал листок с тремя фразами. Изучив их, осторожно, чтобы не повредить текст, оторвал клочок. Достал из кармана ручку, принялся мелко писать. Руки слегка дрожали, но он четко выводил каждую букву: