Книга Кровавый навет, страница 38 – Сандра Аса

Он порылся в складках одежды и снял цепочку, с которой свисал серебряный медальон. На лицевой стороне виднелся замочек, вокруг него – цветочные узоры; на обороте была латинская пословица.

— Какая изысканная вещица! – воскликнула Маргарита, поднося драгоценность ближе к светильнику, чтобы прочитать надпись. – Non domo dominus, sed domino domus honestanda est.

— «Не место красит человека, а человек место». Это фраза из трактата «Об обязанностях» Марка Туллия Цицерона, девиз моего рода.

— Я думала, ваш девиз прославляет такую добродетель, как постоянство.

— Да. Gutta cavat lapidem, non vi sed saepe cadendo, Публия Овидия. «Капля долбит камень благодаря постоянству, а не силе». Именно так звучит нынешний девиз, но когда я сменю отца во главе рода, то упраздню его и введу тот, что начертан на медальоне. В знак уважения к вам.

— В знак уважения ко мне? Почему?

— Потому что вы воплощаете истину, заключенную в этих словах. Возможно, ваша семья недостаточно благородна по происхождению, но ваши поступки свидетельствуют о другом, гораздо более высоком благородстве – том, что присуще сердцу. Сейчас мой род достаточно силен, чтобы подчинить меня себе и лишить вашей близости. Но однажды я одержу над ним верх и заставлю его увековечить память о вас, выгравировав эти слова на его гербе.

— Память обо мне сохранится на вашем гербе, а о вас – в моем медальоне, – пробормотала Маргарита, краснея. – Вы тронули меня, сеньор. Звучит чудесно. Так нам будет казаться, что мы все еще вместе, и это утешит меня. Я принимаю этот дар любви и благодарю вас за него.

— Уделите мне еще минутку? Хочу провести символический обряд.

Маргарита вернула ему медальон, ожидая, что будет дальше. Юноша достал ключик, крохотный, едва видный глазу, и открыл медальон. Внутри тот был серебряным, как и снаружи, на одной из стенок виднелся герб рода: две золотые амфоры в лазурном поле, изливающие воду в усеянный звездами водоем.

Он достал складной нож, отрезал свой локон и вложил в медальон. Затем взял прядь Маргариты и бросил на нее вопросительный взгляд. Получив согласие, отрезал кончик, соединил со своими волосами и защелкнул крышку.

— У вас будет храниться медальон, а у меня – ключ, – объяснил он. – Если представится случай, передайте его нашему сыну и скажите, чтобы он нашел меня. Как только он покажет мне медальон, я передам в его распоряжение титул и имущество.

— Не надо пустых обещаний, умоляю вас. Бастард не станет продолжателем вашего рода.

— Этот ребенок не будет бастардом, Маргарита. Он мой первенец, и даю слово дворянина, что, когда наши пути, по воле Господа, пересекутся, я повергну небеса к ногам нашего сына.

— Вы говорите о сыне, но что, если родится девочка?

— Будет мальчик. Я знаю. А еще я знаю, что наши с ним пути пересекутся. Однажды я повстречаю юношу, который сразу же покажется мне особенным. Плечо его будет украшать нежнейшая луна, а грудь – медальон. Бог весть, когда и как это произойдет, но я уверен, что рано или поздно судьба приведет нашего сына ко мне. Я жду этого с радостью и нетерпением, а пока, моя обожаемая Маргарита, буду хранить ключ от нашей будущей встречи.

* * *

— Вы рассказали кому-нибудь еще о своем положении? – спросил Себастьян, выслушав ее.

— Никому, – ответила Маргарита. – Даже родителям. Моей беременности уже три месяца, а я никак не наберусь смелости все им рассказать. К счастью, живот у меня пока остается гладким.