Онлайн книга «Журналист. Фронтовая любовь»
|
— Простите, ваша фамилия случайно не Кондрашов? — Случайно Кондрашов, – с деланым безразличием буркнул Женя, не сбавляя темпа по дороге в кабинет шефа. — Моя фамилия Рябов, – засеменил с ним рядом подполковник. – Понимаете, какое дело, вчера моя жена… — Я освобожусь через полчаса, – сухо сказал Женя. – Подождите, пожалуйста, в коридоре. Шеф встретил Кондрашова привычным вздохом: — Ну что, опять трамвай колесо проколол? Женя виновато молчал, склонив голову и всем своим видом изображая самое искреннее раскаяние. — Ладно, – махнул рукой шеф. – Садись. А что это за подполкан тебя с утра по коридору ищет? Надоел всем: где Кондрашов, где Кондрашов? — Это один свидетель по тем арабам, помните, на прошлой неделе? – легко соврал Женя, совершенно не собиравшийся посвящать кого-либо из своих коллег в ту комбинацию, что он пытался провернуть с супругами Рябовыми. – Но он такой свидетель – тухлый, скорее всего… Шеф не стал вникать, и оперативка пошла своим чередом. Когда она закончилась и оперативники гурьбой высыпали в коридор, Кондрашов, отмахиваясь от их подначек, направился к своему кабинету, у которого уже маялся подполковник. В принципе, в кабинете, кроме Жени, сидели еще два опера, но они сразу же после сходняка умотали в гостиницу «Спутник», где накануне тамбовские обули [99] на две тысячи долларов придурка-туриста из Аргентины. — Заходите, – кивнул Рябову Кондрашов, отпирая дверь кабинета. – Как я понимаю, вы муж Веры Тимофеевны? — Да, я ее муж, – ответил Рябов, заходя в тесную комнату и нервно оглядываясь. Взгляд его сразу уперся в приколоченный над столом Жени почтовый ящик, на котором была прикреплена табличка «Для взяток» – у старшего лейтенанта было своеобразное чувство юмора… Женя сел за свой стол и поднял взгляд на подполковника: — Слушаю вас… Хотя у меня к вам, честно говоря, никаких особых вопросов нет. Я ожидал увидеть здесь вашу супругу… Вот с ней нам, судя по всему, предстоит долгий разговор. Рябов кашлянул, одернул на себе китель под расстегнутой шинелью и нервно переплел пальцы: — Понимаете… простите, не знаю вашего звания… — Старший лейтенант милиции Кондрашов Евгений Владимирович, – представился Женя и закурил. Рябов присел на стул у Жениного стола и отер со лба пот – топили в кабинете неплохо. — Товарищ старший лейтенант, разрешите мне поговорить с вами как мужчина с мужчиной, как офицер с офицером, так сказать… — О чем? – удивился Кондрашов. Рябов страдальчески сморщился и продолжил: — Поймите, товарищ старший лейтенант, то, что вчера случилось с моей женой, это досадное, дикое недоразумение, просто стечение обстоятельств… — Вы так полагаете? – заломил бровь Женя. – Недоразумение? А вот факты, к сожалению, говорят об обратном… Вы, товарищ подполковник, вообще-то в курсе, куда попали? Вернее, не вы, а ваша супруга? — В милицию? – неуверенно пожал плечами Рябов. — Мы не просто милиция, – строго сказал Женя. – Мы специальная служба уголовного розыска. Понимаете? Специальная служба… И пустяками не занимаемся. От страшного словосочетания «специальная служба» подполковнику, не очень разбиравшемуся в тонкостях милицейских структур, стало явно не по себе – в советских людей вообще прочно вбили страх и трепет перед всем, что называлось «специальным» или «особым». Рябов дернул шеей и заговорил срывающимся голосом: |