Книга Назову себя шпионом, страница 74 – Евгений Таганов

Анюта оказалась аппетитной шатенкой, которая в распахнутом халате и с ликованием на круглом личике выскочила в прихожую, когда он по наказу Хазы своим ключом открыл дверь. («А то сама может и не впустить».)

— Здравствуйте. Я друг Георгия из Питера. Он сказал, что я неделю могу пожить в его гостевой комнате. Сказал, что есть отдельная гостевая комната.

— У него нет гостевой комнаты. В ней живу я, — с вызовом ответила она.

— Он говорил, что вы так и скажете. И что я могу поселиться в гостиной.

— Убирайся! Я звоню в милицию!

— Вот письмо для вас, — Алекс протянул ей запечатанный конверт. В письме, как он знал, было написано о невозможности продолжать их любовные отношения.

Анюта вскрыла конверт, глянула на текст и прошла в комнату, из которой так радостно выскочила. Ему оставалось прошествовать в гостиную. Главным ее украшением служили два десятка фотографий лошадей в рамках, придававшим комнате особую оригинальность. «Я тоже так хочу», — решил он и с минуту придумывал, какое тотемное животное себе выбрать, но в голову приходили лишь банальные львы, тигры и ягуары.

Из соседней комнаты не доносилось ни звука. Идти хозяйничать на кухню с кофе или чаем было как-то не с руки, и, убрав в шкаф дорожную сумку, он с документами наперевес отправился сдаваться в институт.

Знакомые улицы, дома, цепочки деревьев выглядели так, словно и не заметили его отсутствия, что было обидно. Поэтому завтракать он направился в кафе, в котором прежде не был. Котлеты по-киевски, салат и кофе с пирожным вышли вдвое дороже, чем в Питере, но теперь до вечера о еде можно было забыть.

К институту он подходил в тревожном ожидании, очень не хотелось встречаться с бывшими сокурсниками. Но единственное знакомое лицо он увидел уже в учебной части, причем лаборантка его при бороде и шраме даже не узнала. Ну и славно, выдохнул он. Оформление документов не заняло много времени. Более того, ему удалось даже поймать нужного преподавателя, вывалить на него важную семейную причину и договориться о досрочном экзамене на следующий день.

После чего он надолго застрял в читальном зале институтской библиотеки — надо было оживить свою зимнюю сессию. Каково же было его замешательство, когда в библиотеку ввалилась группа студентов-очников и среди них Малышка Юля собственной персоной. На ее кукольном личике не осталось и тени заложнических переживаний от застреленных им при ее освобождении двоих громил из службы безопасности «Элиса». Сейчас она вовсю ворковала с одним из спутников, явным бойфрендом. Сдав книги, группа выкатила вон, даже не глянув в сторону прикрывшегося учебником Копылова.

А ему только того и требовалось. Страница Малышки Юли была окончательно перевернутой без каких-либо последствий и для него, и для нее. Ему даже пришла в голову мысль, а не вызвать ли к себе в Москву Веру. Достав «Моторолу», он пробежал по ее кнопкам. Маячок четко обозначил окраину Твери, дом, где, взяв отпуск, трудилась над своим дипломом его невеста. Пожалуй, если хазинская мадам не устроит каких-либо сюрпризов, завтра-послезавтра можно будет и в самом деле вызвать сюда Веру, или еще лучше — самому скакануть в Тверь и застать гурию врасплох.

Четыре часа непрерывного чтения привели его в нужный учебный тонус и покидал он библиотеку с чувством хорошо выполненного студенческого долга. Хотел еще в какой-нибудь театр завернуть, но спектакль кончался поздно, а в одиннадцать часов устраивать разборки с Анютой ему никак не улыбалось. Лучше уж засветло.