Книга Назову себя шпионом, страница 181 – Евгений Таганов

Увы, сам «ближний круг» тоже очень стремительно превращался в «круг обширный», когда с каждым днем его участников становилось все больше и больше. Поначалу казалось, что мест для размещения гостей хватит в избытке, но скоро выяснилось, что это не совсем так.

На Рождество в Англию улетели лишь Грэйс с Юджином, Томас, Оливия и Питер Гилмут остались, при этом Томас выдал на-гора: «После тусовки с вами (Алексом, Жоркой, Ларой) лично мне в Лондоне как-то пустовато». За такие слова как их было, столь лояльных, не взять на фазенду. Правда, когда Гилмут через Еву поинтересовался, может ли он поехать на фазенду с еще одним другом, Хазин немедленно встал на дыбы:

— Если я увижу, как он взасос целует своего друга, я ему точно челюсть сломаю, заранее предупреждаю.

Алекс со всем возможным политесом поговорил на эту тему с Томасом: мы не Дания, поэтому могут быть нежелательные эксцессы. В итоге договорились, что матрасник без всяких «друзей» будет ночевать в комнате Томаса и Оливии.

Кроме заморских гостей отпраздновать Новый год на фазенде захотели:

— родители Жорки с двумя внуками восьми и девяти лет;

— тверская одноклассница Веры со своим кавалером (они были в кафе, когда Алекс на плече унес Веру);

— Стас-Сорокин с неизвестной фабзайцам матроной;

— Иван Иваныч на шуточное приглашение Алекса тоже согласился приехать (с дамой сердца, разумеется);

— Родя со своей девушкой. Он только что благополучно вернулся из Москвы, где кувалдой изуродовал машину Эльвиры Серовой, и Алекс никак не мог отказать ему в явке на фазенду;

— напомнила о себе дива Инна. Ее папик укатил с семьей на Карибы, сама она не смогла собрать компанию на Новый год на свою финскую дачу, вот и позвонила Жорке: «Хочу с тобой».

Спросили на эту тему Еву. «А пошли вы к черту! Я со своим Славой приеду». В общем, Трехмужняя она и есть Трехмужняя, но это же и еще одна отдельная комната необходима.

Чтобы не обижать русскую часть преподов Лэнгвидж Скул, отельер пригласил и их, но те, к счастью, пожелали остаться на Новый год у себя дома.

Даина-Селия тоже предпочли свою латиноамериканскую новогоднюю тусовку.

В последний момент на гостевой поезд впрыгнули еще три гопника с девушками («Почему Роде можно, а нам нельзя?»), Люсьен («Я согласна официанткой») и Циммер со своей ассистенткой Тамарой (не сидится им в своем ресторане).

На отчаянные вопли Алекса: «Там места на всех не хватит!» ему отвечали: «А мы по-студенчески — на полу».

Жорка от души веселился:

— Ставим на стол ведро водки, и гости сами найдут, где им заснуть.

Насчет еды тоже советовал не слишком хорохориться:

— Разносолы ставим на первый день, потом хватит и картошки с котлетами.

При размещении железный плацкарт был только у всех «сорок-плюс», Циммеров и мелкобритов, остальные сами должны были распределиться кто с кем.

Прибывающие гости с интересом рассматривали все достопримечательности фазенды и, кинув вещи возле своего ночного пристанища, включались в общую работу, хлопоча с сервировкой, электрическими гирляндами, дровами для камина и сооружением внушительного кострища возле кирпичного блока. Есть никому не давали, поэтому оголодавший народ сидел за столом с вилками в руках уже в девять вечера. Имена на стульях не писали, тем не менее все в конце концов расселись достаточно иерархично: Алекс с Жоркой во главе стола, солидная публика по одну сторону, молодежь по другую.