Книга Миля над землей, страница 259 – Лиз Томфорд

Я толкаю сестру под руку.

— Эй, мне нужно, чтобы ты сегодня сделала снимки. Вчера вечером в раздевалке мой телефон облили шампанским и объявили, что ему конец.

— Без проблем.

— Дядя Зи? – Элла постукивает меня по ноге.

— Как дела, малышка? – Я поднимаю ее и сажаю себе на бедро.

— А где Стиви?

Мое сердце разбивается еще сильнее. Элла спрашивала меня об этом почти всякий раз, когда я встречался с ней последнюю пару недель, но на этот раз мне больнее всего. То, что мои самые близкие люди собрались здесь, чтобы отпраздновать, но Стиви с нами нет, кажется таким окончательным.

Я слишком надеялся, что она простит меня или увидит прогресс, которого я достиг, и, возможно, даст мне еще один шанс. И, более того, мне нужно было, чтобы она знала, что я люблю ее. Стиви идет по жизни, думая, что я ее не люблю, – это то, что меня больше всего тревожит.

— Ее здесь нет, Эй-Джей.

— Она придет? – Изумрудные глаза умоляют меня сказать «да».

Я одариваю племянницу извиняющейся улыбкой:

— Я так не думаю.

Милая улыбка Эллы гаснет, она склоняет головку мне на плечо.

— Я по ней скучаю.

Черт, это больно.

— Я тоже.

Я проглатываю пустоту и сожаление, и мы выезжаем из «Юнайтед-центра» и возглавляем парад по центру Чикаго.

Улицы забиты заполонившими тротуары болельщиками, все в форме нашей команды. Аплодисменты не прекращаются, музыка гремит вовсю, но фанаты перекрывают все своими вывесками и сиренами.

Вчерашняя победа – не только для меня или для команды. Она и для города, который я любил на протяжении предыдущих семи сезонов. Даже если болельщики не могут любить меня таким, какой я есть, мне доставляло огромное удовольствие устраивать для них шоу на протяжении всей моей карьеры. Этот город стал моим домом, и я буду чертовски по нему скучать.

Элла забирается отцу на спину, чтобы помахать толпе внизу. Линдси фотографирует все это, а я поднимаю тридцатикилограммовую Рози, чтобы показать свою девочку фанатам.

Мой папа присоединяется к нам, обнимая меня за плечи, но он не смотрит вниз на фанатов под нами. Краем глаза я вижу, что его взгляд сосредоточен на мне, в его серых глазах светится гордость. Не могу представить, чтобы он это пропустил. Если бы я не был таким слепым и упрямым последние двенадцать лет, когда мы пропустили так много времени вместе.

Мне хочется думать, что я живу без сожалений, потому что все происходит по какой-то причине. Двенадцать лет напряженных отношений с отцом научили меня ценить его любовь и поддержку гораздо больше, чем я мог себе представить. То, что я позволил матери вызывать у меня панику и гнев, сделало свободу от нее еще более раскрепощающей. То, как угнетал меня Рич в роли моего агента, сделало его увольнение еще более оправданным.

Но я сожалею о разрыве со Стиви. Конечно, я высказал все в лицо своей матери, уволил Рича и помирился с отцом, но я оттолкнул первого человека, который по-настоящему меня полюбил, и это стало самой большой ошибкой в моей жизни.

Я продолжаю махать, нацепив на лицо самую широкую улыбку знаменитости, пытаясь сосредоточиться и жить настоящим моментом, но как только автобус сворачивает за угол на соседнюю улицу, Рози начинает теребить меня за ногу, требуя моего внимания.

Парад движется всего со скоростью пару миль в час, но я не понимаю, где мы находимся. Бесконечное море фанатов в черно-красной одежде отвлекло меня от нашего местоположения. Мы находимся недалеко от моей квартиры, но, что более важно, мы в нескольких зданиях от приюта «Пожилые собаки Чикаго».