Книга Обманный бросок, страница 179 – Лиз Томфорд

Она стоит, ошеломленная, потеряв дар речи. Ее губы, которые я так хочу поцеловать, слегка приоткрылись в замешательстве.

— Я не собираюсь в Сан-Франциско. Я не поняла… О чем ты говоришь?

— Нет, собираешься! – Я вскидываю руки. – Я знаю, что тебе предложили работу, а ты отказалась. Но ты поедешь. Я не могу позволить тебе застрять здесь из-за меня.

Она нервно смотрит на меня:

— Как… Как ты узнал?

Мои плечи опускаются от ее признания, дыхание вырывается со свистом. Значит, это правда.

— Дин.

— Черт возьми, Дин… – В отчаянии закрыв глаза, Кеннеди принимается расхаживать по комнате. – Я думала, что ваш разговор продлится всего пару минут. Думала, что он будет совершенно неискренним и вы вскоре снова возненавидите друг друга. Я бы никогда не сказала ему, если бы знала, что он расскажет тебе.

— И слава богу, что он это сделал! О чем ты думала, Кеннеди?

— Я думала о том, что не хочу уезжать, ясно?! Я не сказала тебе, потому что знала: именно так ты и отреагируешь.

— Ты чертовски права: я отреагирую именно так! И не позволю тебе так легко отказаться от всего, ради чего ты трудилась годами. – Подойдя, я беру ее лицо в ладони, не позволяя сомневаться в моих чувствах. – Кенни, с того дня, как я встретил тебя, это единственное, чего ты хотела. Во время нашего первого разговора ты спросила моего совета, стоит ли соглашаться на работу в Чикаго. Что ж, я и сейчас дам тебе тот же совет. Соглашайся на эту чертову работу!

Ее лицо расслабляется, как будто мои слова наконец доходят до нее, напоминая кто она и ради чего старалась.

Я провожу большим пальцем по ее щеке:

— Ты не можешь здесь оставаться, детка.

— Почему нет?

— Потому что ты заслуживаешь бо`льшего, и я люблю тебя достаточно сильно, чтобы напомнить об этом. Я люблю тебя достаточно сильно, и хочу убедиться, что ты реализуешь свой потенциал.

Я наблюдаю за тем, как Кеннеди встречается со мной глазами, вспоминая каждую гадость, которую доктор Фредрик сделал или сказал ей за эти годы. Наблюдаю, как приходит осознание и принятие берет верх. Это одновременно и облегчение, и опустошение.

— Ты должна согласиться на эту работу, Кенни. Я не думаю, что смогу жить в ладу с собой, если ты этого не сделаешь.

Убирая от нее руки, я отступаю на шаг, давая Кеннеди возможность спокойно все обдумать без моего вмешательства.

— Между нами все так быстро изменилось… – Я хочу добавить, что все изменилось для нее. Не для меня. Я всегда знал, что чувствую по отношению к ней. – Ты умеешь планировать, но этого ты не предусмотрела. И мне нужно, чтобы ты немного подумала об этом. Серьезноподумай об этом. Подумай о нас.

У нее на глазах появляются слезы. Моя порой холодная девочка, которой со мной так чертовски тепло…

Но могу гарантировать: то, что я собираюсь сказать, в тысячу раз больнее прозвучит для меня самого, чем для нее. Я никогда не думал, что вообще способен произнести такие слова.

— Начиная эту игру, мы рассчитывали именно на такой финал. И добрались до цели. Игра окончена, но я уже давно не играю. Для меня это реальность. Я тебя люблю. Я хочу быть с тобой до конца своей жизни, но знаю, что в ту ночь в Вегасе ты не хотела выбирать меня. – От этого признания я чувствую спазм в горле. – Затем правила изменились, и ты хотела подготовиться к тому, как будешь жить после. Не я должен был стать твоим спутником. Ты никогда не хотела, чтобы им был я, и это нормально.