Книга Сыграем в любовь?, страница 61 – Шарлотта У. Фарнсуорт

Я быстрее двигаю бедрами – на медленный ритм не хватает терпения. Желание столь велико, что я не могу держать себя в руках, быть аккуратным. Я даю себе волю и беру Харпер так, как мне хочется; ее ноги крепче обвивают меня.

Не нужно даже спрашивать, кончает ли она. Я чувствую, как сильно она пульсирует, сжимается вокруг меня. По позвоночнику взлетает волна тепла и разливается по всему телу. Перед глазами все плывет; я изливаюсь в презерватив.

Харпер громкая. И хоть мое имя прекрасно звучит из ее уст, я чувствую нечто собственническое. Не хочу, чтобы кто-то услышал, – даже если в результате надо мной будут всего лишь подшучивать другие парни.

Я целую Харпер, заглушая ее стоны, пока наши тела, наконец, не успокаиваются.

Девушка заговаривает первой.

— Е-мое, – с трудом выдыхает она. Чуть удивленно, что вызывает во мне вспышку гордости.

Если я справился лучше, чем любой ее бывший парень, то сочту это своим самым высоким достижением.

Я не двигаюсь – наслаждаюсь тем, как девушка подрагивает после оргазма. Подмечаю, что ноги Харпер по-прежнему обвивают мой пояс, а пальцы держатся за мои плечи. Она словно тоже не хочет отстраняться. Я запоминаю, как девушка выглядит подо мной: затуманенные глаза, довольное лицо, очень растрепанные волосы и совершенно красные щеки.

— Дай отдохнуть минутку, – говорю я, – и можем по второму кругу.

— Не дразни меня, Галифакс, – смеется она. – Я ведь на слове поймаю.

— Солнышко, думаешь, я не справлюсь? Кто только что кончил от меня, м-м?

Харпер закатывает глаза. Жаль, в такой позе я не могу шлепнуть ее по заднице.

— Я же просила меня так не называть.

— Но тебе подходит! Ты… будто светишься.

Я опускаю слова, которые просятся на самом деле. Например, «прекрасная», «ослепительная». «Моя».

О последнем нельзя и думать. Уверен, для Харпер случившееся – не больше чем приятное дополнение на неделю. Удовольствие, следование нашему взаимному влечению. Не хочу, чтобы нам стало неловко общаться, – тем более что вот-вот наступит день свадьбы, когда отсутствие Пола будет ощущаться особенно сильно.

Харпер усмехается.

— Свечусь? Слезай давай, мне в туалет надо.

Я медленно и нехотя выхожу из нее. Затем переворачиваюсь набок, на одеяло, которое пропахло сексом, и беру салфетку из коробки на тумбочке, чтобы завернуть в нее презерватив.

Насчет второго круга я не шутил. Из-за Харпер я чувствую себя подростком без тормозов, и гормоны у меня тоже бушуют.

Я смотрю ей вслед – на длинные ноги, спутанные волосы, подтянутую задницу. И этого достаточно, чтобы мой член дернулся – будто я только что не кончил сильнее, чем когда-либо.

Хочу, чтобы Харпер заездила меня. Хочу взять ее со спины. Увидеть, как пухлые губы смыкаются вокруг моего члена.

Однако я желаю не только секса, но и многое другое. Слушать, как Харпер напевает в ду́ше. Общаться с ней, быть рядом. Наслаждаться ее компанией, ведь, что бы она ни говорила, она словно мое личное солнце.

Я позволяю себе подумать, что, может, мои чувства не такие уж простые. И дело не только в совместимости характеров, подростковых мечтах и желании отвлечься от реальности.

Может, Харпер – особенная. И все это не пройдет, когда мы разъедемся.

Может, Харпер изменит мою жизнь неожиданным, непривычным образом. Я даже не против.