Книга Сыграем в любовь?, страница 54 – Шарлотта У. Фарнсуорт

— Он есть! Просто я не выбрала, кто он. Знаешь, почему детективные сериалы тянутся так долго? Когда выяснится, кто убийца, смотреть станет неинтересно. Я не хочу, чтобы конец книги был предсказуемым, поэтому написала огромную историю и… застряла.

— Можно почитать?

Я уставилась на Дрю. Серьезно? Вот этого я не ожидала – а стоило, наверное. Но мне даже в голову не пришло! О книге я никому не рассказывала и совершенно не знаю, что отвечают люди в подобной ситуации.

— Что… нет. Нет! Нельзя!

— Почему? – Дрю по-мальчишески улыбается. Такая улыбка никак не должна идти взрослому мужчине, но у Дрю выглядит очень мило. – Как по мне, твоей истории нужен свежий взгляд. Я скажу, кто самый очевидный кандидат в убийцы.

— Но книгу никто не читал. Никто даже не знает, что я ее пишу! Мне это просто нравится.

— Ты мне доверяешь?

Взгляд у Дрю внимательный, вдумчивый. И полный надежды.

— Возможно, – шепчу я.

Однако то, что мы вообще обсуждаем мое творчество, подразумевает куда более определенный ответ.

Дрю кивает и отводит взгляд. Мне открывается вид на его четкий профиль. На изгибы его лба и носа, подчеркнутую линию скулы. Дрю расслабляется, наклоняет голову вверх и смотрит на звездное небо.

Дрю – надежный, стабильный. Когда-то я считала эти качества скучными, а теперь они меня почему-то завораживают. А все же интересно, от чего он заводится по-настоящему? На льду тоже ведет себя спокойно и взвешенно – или же дает себе волю?

Мне хочется расшатать эту видимую безмятежность и заглянуть Дрю в душу. Узнать его настоящего, а не только как известного хоккеиста или парня, который жил в соседнем доме.

И хочется показать ему себя.

— Папа часто сочинял разные истории, – говорю я, тоже поднимая голову и глядя на рассыпанные над нами созвездия.

В Нью-Йорке звезд не видно – этот город затмевает их своим светом.

— Не думаю, что он их записывал или даже заканчивал, – продолжаю я. – Просто рассказывал ночью, когда проверял студенческие работы. Или во время катания на каноэ по этому озеру. Когда я спрашивала, какое же у истории продолжение, папа отвечал: «Такова уж жизнь – никогда не знаешь, каков конец». И иногда я думаю… думаю, вдруг…

— Вдруг он знал конец?

— Да. Именно.

Невероятно, но Дрю понимает меня больше, чем все, кого я встречала в жизни. По сути, общего у нас мало. У Дрю двое любящих родителей. Большинство моих разговоров с матерью или сестрой переходят в ссоры. Он – знаменитый спортсмен. Я веду протоколы встреч и разношу кофе. Он – веселый и общительный, я – угрюмая.

Но сейчас… мы просто Дрю и Харпер. И все, что между нами происходит, кажется таким естественным.

— Я скучала, – говорю я. Смотрю на воду и получше закутываюсь в безразмерный хлопковый свитшот. – По озеру. Его запаху, звукам. Всему остальному.

— Родители подумывают продать дом в Порт-Хэвене, – говорит Дрю, шумно сглатывая. – Они туда редко приезжают, а я вообще живу аж в штате Вашингтон. Бо́льшую часть года дом пустует. – Дрю переводит взгляд на меня. – А ты собираешься снова наведаться в Порт-Хэвен?

— Не знаю. И хочу, и не хочу. Понимаешь? Вообще-то, я много куда мечтаю съездить. В места, где еще не бывала и с которыми не связаны воспоминания о… то есть ничего не связано.

— И что за места?

— Конкретных нет, – качаю головой я. – Но я мало путешествовала. Никогда не была за пределами страны. Да что там, даже на Западном побережье!