Книга Любовь и прочие парадоксы, страница 41 – Катриона Силви

Вместо шуточек ему бы сейчас тренироваться с серьезным видом говорить о поэзии, но Джо нисколько не жалел о том, что его слова вызывают у нее смех.

— А я-то думал, что я просто нуз.

— Может быть. А может, и нет. Я еще не решила, – сказала Изи и качнулась к нему совсем близко, но потом, будто спохватившись, отступила назад и скрестила руки на груди. – Ты что-нибудь узнал про награду?

— Ах да, точно, – вспомнил он и откашлялся. – Моя научница сказала, что двадцать третье июня – рановато для академических наград. Но вот награды от общественных организаций в такое время года вполне могут вручать.

— Общественных, говоришь?

— Ну, за что-то вне учебной программы. За спортивные достижения, например, театральные и тому подобное. – Его вдруг осенило. – А что, может быть, театр? Неплохая идея. Если твоя мама дружит с Дианой, то, возможно, тоже состоит в труппе «Эй-ди-си».

— Она актриса? – скептически проговорила Изи. – Представить себе не могу.

— И тем не менее. Если я ее там увижу, пришлю тебе сообщение.

— Пришли в любом случае. Не хочу долго ждать и надеяться.

Еще одна ее черта, словно подсказка в квесте «поиск сокровищ». Джо подозревал, что он на месте Изи хотел бы как можно дольше хранить надежду.

Изи уже шагала по переходу через улицу.

— А удачи мне пожелать не хочешь? – крикнул он ей в спину.

Она обернулась:

— Удачи тебе будет маловато. Тут надо как следует потрудиться.

В меркнущем, торжественно-печальном свете дня она была похожа на жрицу, являя собой образ застывшего горя. Он осознал: она должна утратить то, что уже утратила. В эту минуту он остро ощутил свою ответственность как груз, поднять который у него нет сил. Странно, что он так хочет ей помочь, когда сам понимает: то, чего она жаждет, исполнить невозможно.

— Постараюсь, – пообещал он.

Шагая в сторону театра «Эй-ди-си», Джо следовал к своему будущему. Казалось, на голове у него воронье гнездо, да и тренч тяжело давил на плечи. Он то и дело поводил ими, пытаясь приспособиться к новому облику. Странно, но он, совершенно уверенный в своем отдаленном будущем, с ужасом думал о том, что случится в ближайшие полчаса. Что бы там ни говорила Изи, им с Дианой суждено быть вместе, Джо истово в это верил. Но между ними и счастьем могло встать множество самых разных ужасных препятствий. И просто переждать их нет никакой возможности. Он должен продолжать попытки, всякий раз надеясь, что это будет переломный момент. Все так, как говорила доктор Льюис. Детерминизм хорош в теории, но на деле не избавляет от необходимости прилагать собственные усилия.

Через стеклянные двери Джо прошел в вестибюль. Он представлял себе Диану на сцене, но это оказалось фантазией: в глаза ему бросилось объявление о том, что встреча состоится наверху, в баре. Когда он туда вошел, какой-то мужчина в бархатном пиджаке громко рассуждал, что потенциал собравшихся в помещении способен обеспечить энергией тысячу ядерных реакторов, то есть гнал антинаучную чушь, услышав которую Роб не сдержал бы слез. Джо оглянулся по сторонам в поисках Дианы. «Вот сейчас он увидит ее, – вещал в голове рассказчик, – сияющую в толпе собравшихся, как изумруд среди…»

Но ее нигде не было. Он снова осмотрелся, задерживаясь взглядом на каждой темноволосой женщине. Наконец заметил ее у стойки бара: Диана выглядела строго – в черной водолазке, с собранными в пучок волосами. Джо даже расстроился, что не сразу узнал ее. Душа-то ее должна была воззвать к нему, не важно, насколько иной сейчас внешний вид! Эта мысль сохранялась в голове до тех пор, пока он не коснулся волос, пропитанных гелем, и не вспомнил, что на нем теперь настоящий костюм.