Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 95 – Юлия Славачевская

Старик тем временем повторил все то же самое на ломаном уни для закрепления эффекта. У меня от удивления глаза полезли на лоб: зачем голову и язык ломать, когда есть универсальный переводчик. Или им принципиально здесь не пользуются? Похоже, так. Наверное, особенности культуры.

— Можно считать, мы влипли, — не разжимая губ, мрачно сообщил мне муж, аккуратно задвигая себе за спину. — Капитально.

И зачем, спрашивается, меня туда прятать, если аборигены стояли кругом? Или те, кто за спиной, опасными не считаются?

— Мне тоже так кажется, — поделилась я с ним наблюдением, прикрывая его спину и бдительно следя за присутствующими. Которые, кстати, особой радости от нашего прибытия не выказывали.

— Приветствую вас, почтенный, — звучным голосом спокойно сказал Ингвар. — Рад вас видеть в добром здравии. Но, полагаю, касательно моего отца вы ошиблись. — Муж неуклонно игнорировал киртианский, изъясняясь специально для меня на универсальном языке. Красивый жест, но глупый.

Люди в толпе громко зашептались. Йен продолжал:

— Я не знаю Тотоша и вряд ли являюсь его сыном, потому что вырос в совершенно другом, довольно–таки отдаленном месте вселенной.

— Я не мог ошибиться, — уверенно произнес седовласый хмырь, — это исключено. — За спиной Скара я не видела говорящего, но звук голоса трудно перепутать. — Об этом же свидетельствуют твои родовые кинжалы. Никто, кроме рода Тотоша, не может их носить…

— Простите, что вмешиваюсь, — не удержалась от замечания и подвинулась в сторону, чтобы хоть краем глаза видеть собеседника, — но что мешает кому угодно использовать это оружие как заколку?

— Тогда попроси своего спутника передать мне один из марахов… кинжалов, — невозмутимо сказал лисомордый, не спуская с нас пристального взгляда и делая повелительный жест в сторону остальных, начинающих волноваться. — И ты увидишь, что это невозможно.

Муж медленно поднял руку и вытащил из прически один из костяных кинжалов. После чего так же медленно протянул его седовласому рукояткой вперед. Хотя я прямо всей кожей ощущала, с какой неохотой, мучительно преодолевая себя, он это делал. Будто с частью тела расставался.

Мужчина сделал шаг вперед и сомкнул ладонь на кости. И тут их обоих ощутимо тряхнуло. Нет, не было спецэффектов. Ничего не искрило, не взрывалось или бабахало. Просто они содрогнулись, будто прошел разряд высокого тока по двум телам, соединенными между собой кинжалом.

— Теперь ты мне веришь, сын Тотоша? — едва отдышавшись, спросил старый лис, отпуская рукоятку и делая шаг назад.

— Это ничего не доказывает, — спустя пару секунд напряженного размышления ответил То–от, — кроме того, что это именные марахи. Но даже если они признали своим хозяином меня, нет никакого доказательства, что они принадлежали вашему правителю. Да будет вселенная ему усыпальницей.

И я поняла, что мужу эта тема глубоко неприятна. Похоже, он знает об этом случайном сходстве, и оно его раздражает.

— Конечно–конечно, — согласно кивнул головой седоголовый, снова делая еле заметный жест рукой в сторону подчиненных (на его пальце тускло сверкнуло массивное кольцо–печатка), — и особенно ничего не доказывает то, что ты похож на моего кузена, как две капли воды в одной чашке. Немыслимое совпадение внешности и владения именными марахами, неправда ли. У тебя еще должен быть родовой талисман в виде скрученного куска метала сайтара. Ты можешь его показать?