Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 30 – Юлия Славачевская

— Хоти дальше! — разозлилась я, собираясь и скидывая его с себя. Оглядела соратников по экстренному побегу. Хосита довязывала последние узлы на ненавистном всем охраннике. Ингвар стоял с таким лицом, что с удовольствием бы завязал узлом самого наследника. Раза три. Но почему–то не спешил заявлять на меня свои права. Интересно, что им движет?

— Готовы? — осторожно опустил мне на темя головной убор медика Лайон и помог убрать волосы, постоянно целуя в шею. Последней я надела маску. — Тогда пошли.

Ингвар мгновенно подшагнул к Лео с плазмоганом:

— Но учти! Один крик, одно слово — и я…

— Была такая идея… — признался наследник. Почесал темечко. — И отпала. Не знаю, как я, но она, — кивнул в мою сторону, — тогда отсюда живой не уйдет. А для меня это неприемлемо. Теперь давайте обсудим каждый свои роли…

Мы договаривались еще минут десять. С трудом, но договорились: Ингвар не светит плазмоганом, наследник не кричит, я семеню рядом вместо директрисы, но в форме медика. Директриса изображает телохранителя. Телохранитель тащит полубессознательного личного телохранителя наследника, потому что сиятельный без него идти отказывается, а тому стало плохо. А медик рядом, чтобы еще хуже не стало.

Я прикинула и согласилась с нашим Железным Дровосеком: точно цирк!

И вот пришел он, счастливый миг прощания с этим местом: впереди шел прогулочным шагом наследник, за ним тащилась я, что–то тихо бормоча (в основном обильно сквернословила), типа объясняя принцу, что же случилось с его служащим. Далее следовал Ингвар с телохранителем, а еще дальше, хвостиком, нас провожала истекающая на жаре потом компания телохранителей из школы и приехавших с наследником. Всего так человек тридцать… или тридцать пять.

— А ну живо надели маски, уроды! — оскалился наследник, выходя из дверей. — Надоело на ваши морды смотреть! Живо, я сказал! — И кто бы посмел ослушаться второе лицо империи?

На подходе к стоянке кораблей Лайон развлекался, как мог.

— Обещай, что разрешишь поласкать тебя ртом там, когда мы будем в постели, — как бы случайно нагнулся ко мне наследник.

Я нечаянно споткнулась.

Он придержал меня за локоть с добрыми напутственными словами:

— Док, еще раз — и рассержусь! — и погладил по заднице.

Шествие продолжилось. Во главе процессии сияющий позолотой мундира сын владыки, в отдалении на полшага — сине–зеленая я, следом в маскировочном пустынном раскрасе военных костюмов–хамелеонов — охрана… и так далее.

В следующий раз этот неугомонный извращенец тихо прошептал:

— Хочу почувствовать твою кожу своей.

Я глухо зарычала и чуть не отпечатала свою маску на бетоне.

— Пора тебя убирать отсюда, недостойный! — прогремел Лайон и… ловко погладил меня по груди.

От смерти его спасли две вещи. Первая — то, что я сама хотела отсюда убраться, а вторая — то, что мы дошли.

«Голиаф» стоял на выщербленных бетонных плитах заштатного космодрома слегка подкопченный, с погнутыми дюзами и наскоро заваренными боковыми шлюзами. При виде его я едва не всплакнула.

Наследник поманил пальцем высокого мужика, обляпанного шевронами с головы до ног:

— Я хочу, — надменно сказал мужчина, меряя взглядом раболепствующего служащего, — пройти на этот корабль. — И показал на «Голиаф».

— Сиятельный, — чуть не пал ниц начальник стоянки, если я правильно поняла. — Этот корабль еще не проверен и не законсервирован! Коды ИИ тоже взломаны не до конца, мы не занимались этим вопросом досконально.