Книга Солнце в армейских ботинках, или Идем дорогой трудной…, страница 29 – Юлия Славачевская

— Попользуются ведь, — поморщился наследник. Впрочем, без особого сожаления, поскольку все его внимание было сосредоточено исключительно на мне. — Хороший телохранитель… был.

— Теперь будет телодаватель, — хладнокровно отрезала десантница, напихивая в носок для ботинок тряпки от моего разорванного нижнего платья. — С мужика не убудет. Вон какой крепкий вымахал!

— Вы о чем? — не поняла я. — Кто на него может покуситься?

— Да охрана же, — просветила меня директриса. — Если покупатель девку с собой сразу не забрал, а привязал и оставил — значит, разрешает попользоваться остальным. А пока те обнаружат, что пол не соответствует, могут и того…

— Ах ты, мерзавец! — врезала я кулаком в безупречную челюсть наследника. — Как ты мог так поступить со мной! Черт! С девушкой!

— Обычная практика, — пожал плечами ничуть не обескураженный мужчина, обвивая меня руками и прижимая к себе. Мурлыкнул: — Ты такая красивая, когда злишься!

— Убью, — емко пообещала я, настучав ему по рога… рукам, и натянула маску.

— И сексуальная, — содрал с меня маску Лайон, погрузив лицо в мои еще не прикрытые волосы. И неожиданно сказал, сменив игривый тон на серьезный: — У него в медаптечке на поясе должны быть транквилизаторы. Иначе мы никуда не уйдем, я так и буду цепляться и липнуть… — указывая на пояс своего уже спеленутого телохранителя. — И еще, — сжал меня крепче. — Шутки шутками, а парня мы возьмем с собой. Он клялся на верность лично мне, клялся жизнью, и если мы исчезнем, его убьют. Не хочу. Пусть идет со мной. Верни ему вещи, — приказал он бывшей директрисе.

— А кого тут оставим? И в чем тогда я пойду? — недовольно поинтересовалась Хосита. Подумала, и ее осенило: — Сиятельный, позовите–ка охранника по имени Лан Пирот.

Ингвар нехорошо улыбнулся и кивнул. Я улыбнулась еще хуже. Лан Пирота я ненавидела наравне с этой планетой. А это уже говорит о многом.

Лайон пожал плечами и, не выпуская меня из рук, крикнул:

— Лан Пирота сюда! Срочно! Или я рассержусь!

Рассердилась я, потому что кто–то, слишком не желающий спокойно жить, засунул мне сразу обе руки в комбез, под шумок расстегнув на груди молнию.

Два удара раздалось одновременно. Хосита уложила охранника, а я наследника.

— А еще говорят, — спокойно заметил Ингвар, перетаскивая новую жертву на кровать, — что женщины хрупкие создания.

— Врут, — убежденно сказала я. Почесала нос: — Из зависти. — И нагнулась, чтобы помочь подняться нашему пропуску в космопорт. В результате — я на полу, Лайон сверху. И та–акой довольный… сразу вспомнила о кефире и клистире как средствах, решающих проблемы с потенцией. Той, которая избыточная.

— Вколите ему живо тройную дозу! — прошипела я. Наследник тоже осчастливил меня шипением и полез целоваться.

То–от зарычал и всадил сразу два шприца ему в плечо. Целоваться этот засранец не прекратил. Наоборот, сразу как–то воодушевился.

— Ты ему чего вкатил⁈ — еле отпихнула я от себя мужчину. — Надо было антидот, а не возбудитель!

— Да все нормально, — радостно сверкнул клыками наследник, совершенно не собираясь с меня сползать. — Я все еще не могу отойти от тебя ни на шаг, но хотя бы способен мыслить. — Еще раз легко коснулся моих губ своими: — Но грех было не воспользоваться ситуацией. — Шепнул мне на ухо: — Хочу тебя, харите́…