Книга Измена. Не делай мне больно, страница 91 – Каролина Шевцова

И в следующую секунду он действительно расслышал из-за закрытой двери хохот и аплодисменты. Слаженные и громкие, будто там, в гигантском ангаре реально были люди.

— Корабль, снижаемся, - тихо произнес Гоша.

Саша сам не понимал, как прошли эти три часа. Одной секундой. Мгновением, слишком быстрым даже для удара сердца. Он не успел, не насладился, не понял, что уже конец.

Гоша опустил большой тумблер вниз, Саша нажал несколько кнопок и потянул на себя штурвал. Он видел огни Ростовского аэропорта. Красивого, разлапистого здания, горевшего среди степей как какой-то огненный цветок. С этой точки полета его второй дом был особенно прекрасен. Лучшее, что когда-либо видел Кораблев.

Он двинул штурвал влево, самолет накренился, так, что одно крыло вильнуло вверх и опустилось на место. Так, будто махало рукой.

— Прощай, друг, - тихо произнес Кораблев и потянул штурвал на себя.

Их привычно трясло при выпуске шасси. Михалыч как обычно полез в телефон, чтобы позвонить жене и предупредить, что они сели. Гоша сосредоточенно переключал все датчики в исходное, пока Саша в последний раз смотрел на серую взлетную полосу.

Она блестела как от капель дождя. А может небо просто плакало, провожая своего любимого сына на землю?

Вот и все. Конец.

Пора возвращаться из дивного сна обратно в эту ужасную жизнь.

Как вдруг Саша ощутил, что кто-то содрал с головы фуражку, и, положив ее под сиденье, выкатил кресло назад.

— Ты думал, мы забыли, Корабль? На пенсию тебя провожаем, или как?

Саша улыбнулся и от всей души пожал друзьям руки. Хорошо, что Вика их позвала. Плохо, что ушла сама, а он и не понял, как.

Кораблев первым вышел из кабинки. Толкнул дверь и… попал в толпу. Ему тотчас вручили букет алых роз, именно такой, как полагалось. Его обнимали, прижимали к себе и хлопали. На прощанье, от счастья, благодаря, восхваляя…

Здесь были все. Все, кого только можно собрать. От Фридмана до буфетчицы из местной столовой, у которой Кораблев постоянно просил двойную порцию мяса и поменьше макарон. Тетя Зина плакала навзрыд и причитала, что никто так сильно не любил ее котлеты, как он.

Здесь были летчики, механики, грузчики, стюардессы, белые воротнички и даже несколько человек из таможни и зоны досмотра.

Все. Кроме Вики.

— Вика, - Саша закрутил головой, - ребят вы не видели Вику?

Друзья и коллеги расступались перед ним, он шел вперед, выкрикивая родное имя, но так и не получал ни от кого ответ.

— Вика! Вик!

В этот момент Саша ощутил на своей шее руки, такие же нежные, такие же мягкие как у его жены.

— Она ушла, кот, - прошептала Жанна.

— Кто ушел, куда? – Саша непонимающе крутил головой.

Жанна прижалась к нему всем телом, обхватила лицо руками, чтобы он, наконец, посмотрел на нее:

— Она совсем ушла, сказала, что не сможет простить и уехала. Сказала, что документы на развод пришлет позже.

— Какой развод, какие документы? Я сейчас найду ее и все объясню…

— Потом, - Жанна от обиды прикусила губу, - смотри сколько людей пришло, они и банкет оплатили, все как полагается.

Жанна принялась целовать его в губы, коротко и сухо, будто только пробовала этот поцелуй на вкус.

— Но я же…

— Потом, неудобно будет, они так старались для тебя. Ты так много для нас всех значишь.

И снова поцелуй. На этот раз мягче, глубже.