Книга В плену запрета, страница 40 – Сара Адам

Батя, если узнает, скажет: идиот, тебе насильником осталось стать для полного счастья.

Выхожу из оборудованного под спортзал помещения на цокольном этаже особняка и шурую смыть пот вперемешку с мерзким запашком.

Сняв шорты, встаю под холодные струи воды в стеклянной душевой кабине. Сбросить напряжение боксом ни черта не удалось, член стоит колом из-за дерзкой блондиночки.

Бля, давно у меня такого не было, забыл, когда последний раз дрочил, мечтая о ком-то. Будучи подростком, наверное. До появления голубоглазой бестии проблем с сексом у меня и близко не было. Захотел – получил.

Упираюсь ладонью в кафель, плотно обхватываю твёрдый ствол и начинаю активно водить по длине. Яйца болят, требуя разрядки, но нихера не выходит.

Сука.

Закрываю глаза, представляя, что это делает Лизавета своим ротиком. Мягкими податливыми губами, по которым с ума схожу. Хочется искусать их до крови, а после зацеловать и зализать раны. Фантазия рисует стоящую передо мной блондинку на коленях, её локоны рассыпаны на голых плечах и колышутся от усердных стараний. Вот тонкие пальчики перекатывают в руках яйца, пока язык тщательно вылизывает член, а после пухлые губки смыкаются на головке.

Результат долго ждать не заставляет. Под собственный рык бурно кончаю на стену, но настроение от этого становится ещё дерьмовей.

Докатился. Руслан Князев дрочит, представляя какую-то левую тёлку.

Смыв позор под тропическим душем, обтираюсь полотенцем, одеваюсь в домашнюю спортивку и поднимаюсь наверх.

Затащу Кудрявую в постель любой ценой. Оттрахаю так, что потом сама за мной по пятам бегать будет и умолять повторить. А я подумаю, соглашаться или нет.

— Сыночек, тренировался? Идём ужинать, папа уже за столом, — мама выходит из гостиной в момент, когда я собираюсь скрыться незамеченным на своём этаже, под озабоченные мысли.

— Не буду, — дёргаю губой цокнув. Ужинать с батей за одним столом – то ещё испытание. Лучше в спальне перекантуюсь, пока он не уедет на вечерний променад в банду.

— Иди сюда! Не будет он. Самостоятельным стал. Семью ни во что не ставит, — голос Игната басом звучит из открытых дверей. Закатываю глаза, разворачиваясь.

Приплыли, бля.

— Руслан, не надо, — мама, как всегда, пытается сгладить острые углы.

— Привет, — войдя, здороваюсь с родителем и сажусь за стол рядом с задвинутым стулом по правую сторону от отца.

Место наследника Князевых пустует.

— Чем занимаешься сейчас? — откусывает кусок белого хлеба, пристально наблюдая за мной.

— В зале был, — отодвигаю тарелку с супом подальше. Мне б мяса сейчас, а не эту бурду.

Маман посадила всю семейку на диету. Видите ли, здоровое питание. Ток чё в руке у бати делает хлеб? Что за послабления?

— В университет почему не ездишь?

Бросаю взгляд на маму, мол, ты сдала? Но она еле заметно отрицательно мотает головой. Ясно, охрана значит стукачит.

— Не хочется, — поворачиваюсь на отца в упор, схлёстываемся взглядами. Знаю, что напрашиваюсь, засунуть бы язык в задницу и есть молча, но Князевская кровь не позволяет.

Батя сам виноват, не хочет меня к делу приобщать. К банде особо не подпускает, типа, рано ещё. Учиться, говорит надо. Университет закончить, диплом получить. Ещё и юридический! Глава банды Центр заставляет сына юридический окончить.