Книга Порочный бит, страница 4 – Алина Савельева

Мне не нужно было смотреть в сторону столика порока и разврата, но… я же девочка. Конечно, я ныряю в омут с головой!

Блондинка всё так же сидела на коленях у Тохи. Теша его ЭГО постоянно хохоча над его шутками. И, судя по тому, как она ёрзает, «тешит» она ему не только эго.

Запретив себе смотреть на них, я постаралась сконцентрировать внимание на своём партнёре по танцу.

— Ты уже приготовила вещи для завтрашней поездки? – спросил Стас.

Какой поездки? А… кажется Тоха что-то говорил про горы и лыжи. Боюсь, там у меня будет шанс только опозориться, а не соблазнить лучшего друга.

— Я… – начала я отвечать Стасу, как сильные руки обхватили мою талию и потащили назад.

Моя спина коснулась неподвижной стены из мышц. Медвежьи объятья и исключительно шикарный эксклюзивный аромат не оставили сомнений в том, кто это сделал. Только один человек в мире может позволить себе хватать меня так, и только в его руках мне настолько хорошо.

— Сожалею, но мне придётся её украсть, – глубокий голос Бертрана окутывает всё моё тело.

Стас натянуто улыбнулся, бросив взгляд на мои ноги, которые не касались пола. Мне пришлось вывернуть шею, чтобы посмотреть на Тоху. Опустив ресницы, он с довольным видом наблюдал за тем, как я испуганно верчусь в его лапах.

Ещё один маркер, косвенно доказывающий его избалованность. Несмотря на то, что в его воспитание Эмелин вложила все свои силы, стараясь вырастить из него достойного мужчину, в то же время Антуан не знал запретов. Если его что-то заинтересовало, он просто подходит и берёт, невзирая ни на какие обстоятельства. Этот принц привык получать всё, что только захочет.

— Ты ни капли не сожалеешь, Бертран. Поставь меня туда, где взял, – вцепившись в его руки, потребовала я.

— Не поставлю. Ты такая крошечная, что я могу носить тебя в кармане, хомячок! – дразнил меня Тоха, утыкаясь в мои волосы и щекоча дыханием чувствительный участок кожи за ухом.

— Что? Поставь меня на пол, идиот! – нервно рассмеялась я.

Хомячок, Бурундучок, Пирожочек. Из-за этих милых кличек я ненавидела свои пухлые щёки с самого детства. Я мечтала о том дне, когда повзрослею, наивно полагая, что щёки останутся в школе, вместе с обязанностью носить с собой сменную обувь. Увы, стать обладательницей изящных скул мне так и не удалось.

Но Бертрану и эти детские клички всегда спускались с рук. Ему я прощаю всё за одну улыбку. Она у него сногсшибательна.

— Пойдём со мной. Я придумал новый бит, хочу, чтобы ты услышала это первой, – опустив меня на пол, Тоха привычно закинул руку на мои плечи и повёл к своим вертушкам.

Наверное, именно любовь к музыке, нас когда-то сблизила. Тоха часто брал меня за свой диджейский пульт, мы много раз играли в четыре руки, удивляя окружающих. И раньше я скакала рядом с ним за этим пультом, совершенно не воспринимая Тоху, больше, чем друга. Сейчас же, моё несчастное сердце готово лопнуть от счастья, а тело дрожит в предвкушение неизбежных прикосновений…

Пульт диджея вотчина только для одного и Тоха, как любой творец, крайне ревностно относился к своей технике. Запрещал любому прикасаться к отполированным панелям. Табу распространялось на всех, кроме меня. Нам не было тесно, мы спорили, смеялись и погружались в иное измерение с головой.