Книга Порочный бит, страница 20 – Алина Савельева

Мгновенье никто из нас не двигался. А затем ладони Тохи медленно опустились с моей талии на бедра. В это время глаза Антуана заполонила темная мгла. Он буквально пожирал меня взглядом. Его грудь начала вздыматься всё быстрее, чёрный взгляд, полный похоти и огня, блуждал по моему лицу, будто пытался найти в нём сигнальный «стоп».

Решив, что возможно это мой последний шанс – завалить сегодня этого брыкливого жеребца в постель – я потянулась к его губам. Но мои планы снова были безжалостно разбиты. Губы соприкоснулись вовсе не с чувственным ртом принца, а с его холодной щекой.

— Саша, – произнёс Антуан, тоном в котором было нечто среднее между мольбой и проклятьем.

Крепкие ладони только на секунду соскользнули на мой зад, сминая его, но этого хватило, чтобы внутри меня расплескалась горячая волна. Я вся горела от груди до шпилек, непроизвольно выгибаясь в его руках, будто он как кукловод управлял моим телом. Мои щёки охватило языками пламени от того, что я почувствовала твердое давление его эрекции.

— Ты не знаешь, что творишь, Саша, – сверкнул глазами Тоха, словно злился на меня.

— Я знаю, – твердо заявила я, опуская ладони на его рельефные мышцы груди.

Я сто тысяч раз видела его обнаженный торс и столько же раз прикасалась к его плетеным каменным мышцам. Но раньше во мне не происходило такого смертельного урагана бушующих гормонов.

— Ты слишком пьяна, малышка, – перехватил мои запястья Тоха, поднимая высоко над головой.

— Я хочу, чтобы ты сделал со мной всё, что ты делаешь со всеми своими крошками, Тони, – пропадая в черных пропастях его глаз, решилась я.

Тоха издал странный звук, что-то между стоном и рычанием, и, резко подхватив меня под зад, закинул на своё плечо. Но не успела я порадоваться тому, как развиваются события в лучших традициях пещерных людей, как Бертран вернул меня на землю и в прямом, и в переносном смыслах:

— Ты пьяна, Санечка. И я отведу тебя в твою комнату. Это единственное, чему я позволю случиться, – отрезал гребанный принц таким тоном, который не подразумевал ничего, кроме как: «Заткнись и выполняй, что я говорю».

Снова схватив меня за руку, Антуан шел со мной рядом, сурово сдвинув соболиные брови. Я знала, что будет непросто переступить через годы дружбы и перевести эту дружбу в горизонтальное положение. И, разумеется, понимала, что для Тохи я не просто очередная телка. И, учитывая, что наши семьи дружат, он, наверное, боится, что придется понести ответственность за то, о чем я его прошу.

— Боже, Бертран, ты решил, что мне нужна твоя холостяцкая свобода? – расхохоталась я так, что хрусталь в люстрах холла зазвенел. – Мы все знаем, что ты ни с кем не встречаешься. Я ведь говорю только об одной ночи.

— Что ты несешь, женщина? Это всё, что тебе от меня нужно? – насмешливо выгнул брови Тоха, явно уже не воспринимая меня как адекватного собеседника.

— Ну да, – кивнула я, неуверенно пожав плечами.

Нужно мне гораздо больше… он прав.

— Ты не соображаешь, о чем ты просишь, Саша, – тяжело выдохнул Тоха, останавливаясь у тяжелой добротной дубовой двери в выделенную мне спальню.

— Мне двадцать три, Бертран! А я знаю, что такое секс, только по фильмам для взрослых! И всё из-за тебя! Ты пасешь меня, как глупую овечку, сколько я себя помню, а сам в это время трахаешь всё, что не успело убежать! – с обидой выплеснула я, осознавая свое поражение.