Книга Скверная, страница 98 – Эмили Макинтайр

Она ошеломительная

Опасная.

Она разрушит мою никчемную жизнь.

Вырвавшись, она шарит рукой за спиной, чтобы открыть дверь, и втягивает меня за собой внутрь. Мои руки словно обезумели и зажили своей жизнью, я не в силах оторваться от нее даже на мгновение, и недавняя собственническая зависть – когда я наблюдал, как оценивающе на нее смотрел другой мужчина, – вновь накрывает меня с оглушительным ревом.

Мы, спотыкаясь, проходим через вестибюль; особняк пуст и темен, если не считать бликов на поверхности незажженной люстры, висящей высоко над нашими головами. В центре комнаты стоит большой круглый стол, втиснутый между расходящимися в разные стороны лестницами, и я бросаю ее прямо на него. Ваза с цветами, стоящая на краю стола, падает на пол и разбивается на множество осколков, но я не обращаю на это ни малейшего внимания.

Я покусываю ее подбородок, мои губы уже распухли и покрылись синяками от ее яростных поцелуев, но мне все равно. Я не против, если она оставит свои следы по всему моему телу. Моя рука скользит по ее трепещущему горлу, а затем я прижимаюсь губами к ее рту.

— Скажи мне, что ты моя, – требовательно шепчу я.

Она смотрит мне прямо в глаза, поглаживая мою щетинистую щеку.

— Я твоя.

Я хватаюсь за вырез ее роскошного платья и тяну, пока оно наконец не рвется, обнажая ее идеальную грудь. Наклонившись, я ловлю губами ее сосок, чувствуя, как он твердеет под моим языком.

Эвелина стонет, и я ласкаю его еще сильнее, прежде чем отпустить, когда она хватает меня за волосы, вновь притягивая к своим губам.

Мы уже трахались бесчисленное количество раз. Я брал ее во всех позах тысячью разных способов.

Но все это меркнет по сравнению с ощущениями от ее поцелуя.

Это всепоглощающее ощущение, как будто она вспорола мне грудь и вложила туда свое бьющееся сердце.

Я двигаюсь вниз по ее телу, покрывая поцелуями каждый сантиметр обнаженной кожи, до которого могу дотянуться, а затем опускаюсь на колени и задираю зеленую ткань ее платья, собрав ее вокруг бедер.

На ней нет нижнего белья, и мой член начинает пульсировать, когда ее влажная киска оказывается у меня прямо перед носом – жаждущая и требовательная, умоляющая меня поглотить ее всю целиком. Я, не теряя времени, опускаюсь между ее бедер. Я поднимаю глаза на Эвелину, облизывая ее, ощущая на языке ее острый вкус, отчего мое желание распаляется еще сильнее.

— Правильно, малыш, – стонет она, приподнимаясь на локтях и прижимаясь киской к моему лицу. – Давай, оближи мой клитор.

Она неистово кончает, откинувшись спиной на столешницу, в то время как ее бедра сжимаются вокруг моей головы. Затем я приподнимаюсь и целую ее, чтобы она могла попробовать себя на вкус, что ей, как мне уже известно, нравится. Она стонет, впившись мне в губы, и я ощущаю, как ее руки скользят по моей рубашке, пока, наконец, не добираются до ремня, расстегивают его и неуклюже расстегивают брюки. Она разводит ноги, упираясь ступнями мне в брюки, и стягивает их, пока не высвобождается мой истомившийся член, чья головка до того набухла, что кажется почти фиолетовой. Боже до чего же я хочу!

Эвелина сжимает член, поглаживая по всей длине, заставляя меня прижиматься к ней сильнее, я ощущаю, как возбуждение поднимается по позвоночнику. Она снова впивается мне в рот, а затем спрыгивает со стола, разворачивает меня и толкает в грудь – и вот уже я лежу на спине, а пульсирующий член застывает торчком, уставившись в потолок.