Книга Скверная, страница 35 – Эмили Макинтайр

Я нахожусь в задней комнате теплицы, облачившись в специальный костюм, в защитных очках и маске KN95 на лице, когда у меня звонит телефон.

Сначала я решаю не отвечать, но в последнюю секунду, повинуясь безотчетному порыву, срываю с руки желтую перчатку и хватаю трубку.

— Я занята, – недовольно шиплю я в телефон, а затем включаю громкую связь и кладу его на стол. Я смотрю на пятидесятипятигаллонную бочку из-под масла в другом конце комнаты, стоящую на стальной платформе, под которой установлена горелка.

— Хорошо, но ты просила меня раздобыть кое-какую информацию, и я это сделал, – говорит Коди. – Ладно, я перезвоню позже.

— Постой.

— Черт, до чего же ты нетерпеливая, – усмехается он. – Вообще, зачем тебе это?

Я вздыхаю, подхожу к бочке с маслом, нажимаю на кнопку, включая горелку, а затем возвращаюсь к столу и становлюсь, скрестив на груди руки.

— Я хочу убедиться, что ему можно доверять, потому что всем остальным членам моей семьи, похоже, на это плевать.

— Что ж, он прошел проверку.

Я удивленно вскидываю брови.

— Прошел?

— Ага. Брейден Уолш. Родился тридцать два года назад в Чикаго в семье матери-одиночки, которая умерла от рака, когда ему было восемнадцать. Других родственников нет.

— Интересно, – бормочу я, уверенная, что Коди меня не слышит.

— Возможно, это и к лучшему. Немногие родители гордились бы таким сыночком, учитывая список его преступлений. Честно говоря, он весьма впечатляет.

Ухмыльнувшись, я возвращаюсь к своему телефону и стягиваю маску на шею.

— Кто знает, может быть, они, наоборот, досадовали бы, что он так часто попадается.

— Верно. Но либо этот тип занимался всякой мелочевкой, либо он не настолько плох, чтобы попасться на серьезных преступлениях. Он никогда не оставался за решеткой больше нескольких месяцев.

Я провожу языком по внутренней стороне губы.

— Так, это все? Ничего, что казалось бы… необычным или странным?

— Нет. Знаешь, Эви… не все хотят устроить тебе подставу. Возможно, однажды ты это поймешь.

У меня щемит в груди.

Честно говоря, я ожидала, что испытаю облегчение, узнав, что Брейден именно тот, за кого себя выдает. В конце концов, это означает, что он не лжет моей семье. Но, с другой стороны, меня почему-то злит, что он солгал мне во время нашей первой встречи. Как будто этоя вела себя безрассудно, а не он.

Он мало что из себя представляет, но чего у него не отнять, так это дерзости.

— Хм.

— Что это значит? – спрашивает Коди.

— Это значит просто «хм», Коди, не нужно искать здесь какого-то особого смысла.

— Почему у тебя такой глухой голос? – продолжает он. – Я не знаю, где ты постоянно торчишь, что тебя слышно через задницу, но, честное слово, сотовая связь у тебя отвратительная.

Мои мышцы напрягаются от досады, что я вообще ответила на этот телефонный звонок. В такие моменты я жалею, что мы оборудовали теплицу по последнему слову техники, поскольку я бы все отдала, чтобы, находясь здесь, полностью отключиться от внешнего мира.

— Я же сказала тебе, что занята.

Я нажимаю на кнопку завершения звонка, прежде чем он успевает сказать что-нибудь еще, и снова натягиваю желтую перчатку, позволяя резине врезаться в кожу.

Когда Несса была главой клана, я устала смотреть, как она заключает дерьмовые сделки с дерьмовыми мужчинами, которые снисходительно к ней относились, только потому, что у нее была вагина вместо яиц. И хотя Несса во многом была моей наставницей и лучшей подругой, она проявляла излишнее мягкосердечие там, где требовалась жесткость. Она не внушала людям достаточно страха, и в результате с ней дурно обращались.