Книга Шрам, страница 46 – Эмили Макинтайр

— Я и так разговариваю. С тобой.

— Да, но… я имею в виду кого-то более опытного. Человека, который сможет помочь. Выяснить причину.

Еще одна долгая пауза, настолько тяжелая, что сквозь стены проступает напряжение.

— Меня сочтут сумасшедшим, – шепчет Майкл.

От услышанного мне хочется улыбаться. С радостью в сердце я наконец отхожу от стены и двигаюсь в направлении туннелей.

Мой брат не такой уж безупречный, каким хочет казаться.

А народ достоин правды. Народ должен знать, что ими правит безумный король.

САРА

Известие о предложении Майкла быстро разнеслось по округе, и в замке тотчас началась суматоха. Все приближенные короля и без того знали, зачем я сюда прибыла, но теперь даже их головы склоняются ниже, а спины распрямляются ровнее. Почтение, которое я ничем не заслужила, преподносится мне на блюдечке с голубой каемочкой – и это лишь потому, что человек с «правильной» кровью попросил моей руки.

Марисоль ворвалась ко мне на рассвете, распахнула шторы, разложила образцы ткани и затараторила о предстоящем балу в честь моей помолвки. А еще о том, что я обязана его организовать.

Да что она вообще знает о моих обязанностях?

Ее белокурые волосы аккуратно уложены, серые глаза испепеляют меня взглядом, как будто мне должно быть интересно сравнивать тридцатый оттенок фиолетового с предыдущими двадцатью девятью.

— Марисоль, я на дух не переношу фиолетовый.

— Что за вздор?! – смеется она. – Это же королевский цвет, миледи!

— Прекрасно. Тогда выбери, какой тебе по нраву, и на нем мы остановимся. – Со стоном я поднимаюсь с диванчика. – Мне нужно на воздух.

Прищурив глаза, Марисоль смотрит на два образца ткани, но после моих слов тут же обращает взгляд в мою сторону:

— Зачем?

Ее вопрос вызывает у меня негодование.

— Разве у меня должна быть причина?

Поджав губы, женщина качает головой:

— Скоро у вас будет много хлопот. Вы не сможете вот так убегать и делать то, что вам вздумается. Особенно когда станете королевой.

В ее тоне сквозит укор, вызывающий раздражение.

— В таком случае нужно пользоваться свободными минутами. Кроме того, – я улыбаюсь, растягивая губы в тонкую линию, – у меня есть все основания полагать, что вы с Офелией и без меня справитесь с подготовкой. Не так ли?

Плечи Марисоль расправляются:

— Конечно, миледи. С удовольствием.

— Вот и замечательно. – Я разминаю шею, снимая накопившееся напряжение. – Ты не видела Шейну?

Марисоль отводит глаза:

— Нет.

Во мне поселяется чувство тревоги. Мы находимся в замке несколько дней, но с появлением новых фрейлин она словно испарилась. Мне любопытно узнать, чем она занимается, но еще больше хочется вернуть подругу, по которой я так тоскую.

— Пойду, поищу ее. – Я направляюсь к двери.

— Подождите! – кричит Марисоль. – Вам нельзя в одиночку передвигаться по замку.

Напряжение сковывает позвоночник – я разворачиваюсь и уверенными шагами направляюсь к фрейлине. Когда наши взгляды встречаются, она задерживает дыхание. Но я не произношу ни слова.

Не выпуская из рук образцы, она наконец отводит глаза.

Я наклоняюсь ближе, говорю тихо, но резко:

— Я не спрашивала разрешения, Марисоль. Ты не моя опекунша, и я буду делать все что захочу.

— Прошу прощения, миледи.

Гнев рвется наружу, но я отгоняю его, чтобы накаленная атмосфера задержалась чуть дольше.