Книга Ранчо страстных признаний, страница 82 – Лайла Сэйдж

— Подними руки, – сказал он мягко.

Я подчинилась. Он снял с меня футболку и бросил ее рядом с курткой. Опустился передо мной на колени, расстегнул мои джинсы и стянул их вниз вместе с трусиками. Я оперлась на его плечи, чтобы не потерять равновесие.

В этом не было и намека на страсть. Он делал все так бережно, что я могла только стоять и позволять ему заботиться обо мне. Густ взял меня за руку и завел в душевую. Горячая вода окатила кожу, и я испытала такое облегчение, что чуть не осела на пол. Густ все еще держал меня за руку, помогая устоять.

— Справишься минутку сама? – спросил он.

Я кивнула, закрывая глаза и подставляя лицо под струи воды. Он оставил дверцу душа открытой, не беспокоясь о брызгах на полу.

Трудно сказать, сколько его не было, но услышав шаги, я обернулась. В руках у него были мои шампунь, кондиционер, гель для душа, средство для умывания и лосьон. Густ поставил их на полку и принялся раздеваться сам.

Он был прекрасен.

Когда он вошел в душ и закрыл за собой дверцу, я вздохнула, почувствовав его руки у себя на талии. Он мягко развернул меня спиной к себе.

Я ощутила его губы на шее, его ладони поднялись к плечам, осторожно разминая мышцы. Услышала звук открывающегося пузырька и поняла, что он делает. Он мыл мне голову.

Его пальцы втирали шампунь в кожу, и я невольно застонала от удовольствия. Голова бессознательно отклонилась назад, он осторожно ее массировал. Когда его пальцы добрались до висков, я закрыла глаза.

— Откинь голову назад, детка, – прошептал Густ мне на ухо.

Я послушалась. Он прикрывал мне лоб рукой, чтобы шампунь не попал в глаза, пока он промывал волосы.

Потом он взял кондиционер, а после этого я уловила знакомый запах своего геля для душа с огурцом и мятой. Его руки медленно скользили по моему телу, бережно смывая усталость. Я опустила взгляд и увидела, как белая пена стекает вниз, исчезая в сливе.

— Повернись, – сказал Густ.

Я повернулась. Он выдавил немного средства для умывания, растер его между пальцами и осторожно провел руками по моим щекам. В этом было что-то трогательное. Он был так сосредоточен, так нежен.

Он немного помассировал мое лицо, а затем сказал:

— Теперь подставь лицо под воду, чтобы смыть.

Кажется, он слегка улыбался. Я сделала, как он сказал, и, когда вытерла глаза, невольно рассмеялась.

Густ притянул меня к себе, и я уткнулась лбом в его татуировку с ласточкой.

Мы стояли так, пока вода не начала остывать. Густ выключил ее, и мы вместе вышли из душа. Он накинул на меня полотенце, сам завернулся в другое и повел меня в спальню. Достал из комода свою большую футболку, натянул ее на меня, сам надел боксеры.

А потом быстро, нежно поцеловал меня.

Мы спрятались под одеяло. Я прижалась к нему, он поцеловал меня в волосы.

— Можешь плакать, Тедди, – прошептал он.

И я заплакала.

И плакала. И плакала.

А Густ Райдер все это время не выпускал меня из объятий.

Папа вернулся из больницы домой в прошлую субботу. Врачи прописали ему новые лекарства и велели следить за питанием – никакого красного мяса и сыра, ничего жареного. Хэнк был от этого не в восторге.

В гостиной я организовала целый штаб: разложила лекарства по дням недели и времени приема, поставила рядом большую бутылку воды и корзину со здоровыми перекусами, которые одобрил врач.