Книга Эффект Фостера, страница 190 – Селина Аллен

Я заметила побелевшего Дэниела за спиной Джефри, кажется, он был в полном ошеломлении от вскрывшихся грязных секретов моей семьи. Или все же наших семей?

— Не хочешь обсудить это, Эванс? – изумленно спросил Дэниел. Его потемневшие глаза говорили о поглощающей его злости. Еще бы, Дорис не была его женщиной, он сам недолюбливал ее, однако она была мамой его сына.

— Я не собираюсь обсуждать это. Мы уходим, сейчас-же, Барбара, с тобой поговорим дома, – сказал отец, бросая мне мои спортивные штаны. Я наспех натянула на себя вещь. И не глядя на Джефри, зашагала к двери, но он посмел схватить меня за руку.

Первая волна отчаяния и боли стихала, вместо нее нагрянула злость и обида.

— Барбара.

— Нет, не смей меня трогать! – зашипела я, отшатываясь от него. – Ты лгал мне, Джефри. Я верила тебе, считала тебя своим… домом. Вот почему все это происходило. Ты просто решил отыграться на мне из-за моего отца, прямо как Кай, как Колби. Ты ничем не лучше их.

Он сжал зубы, желваки заиграли на его щеках. Он злился.

— После всего, ты действительно так думаешь?

Я не знала где правда. Я не знала, кому верить. Я не знала кто предатель.

Вдруг они все предатели?

Я не ответила, но он все понял по моим глазам.

Да. Я думала.

Его лицо перекосило, будто ему было больно, и я не понимала, действительно он испытывал боль или всему виной его ярость, а может он просто продолжал играть? Боже мой, я так запуталась.

— Хочешь сказать, что не желал отомстить моему отцу, используя меня?

— Я не…

— Нет! Отвечай на гребаный вопрос, меня не волнуют детали, Джефри, – зарычала я.

— Желал, – резко ответил он, подставляя мне последнюю подножку.

Его голос прокатился по моей коже вызывая сильнейшую боль, которую мне пожалуй еще не доводилось чувствовать. Я слышала неприятный хруст в ушах. Интересно, а Фостер тоже слышал его?

Всем известно, что сердце не имеет костей, но отчего-то оно ломается больнее всего. Мое разлетелось на осколки. Такие маленькие, что исправить это теперь невозможно.

Барбара

Я нервно дергала ногой, утонув в кресле в кабинете моего отца. Мои мысли были далеко, и его предложение обсудить все по-взрослому, я благополучно пропустила мимо ушей.

«Он уже угрожал мне, но я не думал, что он решит свести личные счеты, используя мою Барбару»

Папа нервно расхаживал из стороны в сторону, о чем-то размышляя. Его брови двигались прямо как две мохнатые гусеницы, и это казалось мне забавным.

Да. Брови моего отца казались мне забавными, ведь больше ничего в моей жизни не было забавным. Это была огромная трагедия с моим разбитым сердцем и надломившейся душой.

Я успела принять душ в надежде, что это навсегда избавит меня от пережитых мгновений этого дня. Но эта цель была заведомо провальная. В этом вся суть времени. Мы проживаем моменты, многие из которых не способны забыть, как бы не пытались. И уж точно их не смыть водой, поэтому героиням драматических сцен пора перестать при каждом негативном опыте бежать в душ. Ничего кроме пыли и пота они с себя не смоют. Была грязной страдающей принцессой, а станет чистой страдающей принцессой. Все.

Сотовый телефон, который мой отец положил на стол прямо передо мной, призывал поскорее взять его в руки. По словам отца там было нечто важное, что я должна сама увидеть, но я не решалась. Вдруг там документ подтверждающий, что я приемная, новость, что на нас летит огромный метеорит или известие о том, что огромные крокодилы захватили Канаду. Я ничему не удивлюсь.