Книга Взрываться, страница 71 – Луна Мейсон

Внезапно проснувшись, я обнаруживаю, что одеяло укрывает меня почти до шеи. Я сразу же вспоминаю, как прошлой ночью Грейсон готовил мне теплую ванну, и в груди возникает какое-то странное ощущение. Без него я чувствую себя совершенно опустошенной и понимаю, что вряд ли смогу найти другого мужчину, который полностью меня устроит. Но несмотря на то, что я полюбила Грейсона с первого же поцелуя, я не в силах забыть, что произошло. Одно дело – просто поссориться, но, когда меня выбрасывают из машины на территорию разборок каких-то банд, это переходит все границы.

Я спешу в ванную и, с ужасом посмотрев на свое отражение в зеркале, начинаю чистить зубы и наношу на лицо увлажняющий крем. Более-менее придя в себя, я направляюсь на кухню, где включаю кофеварку и наблюдаю, как темная жидкость наполняет чашку. Вчера вечером я ничего не ела, и если не подкреплюсь в ближайшее время, то мне станет плохо.

Поднявшись на цыпочки, я открываю шкафчик над головой, чтобы найти коричневый сахар. Я знаю, что он где-то здесь, но вдруг мои пальцы натыкаются на что-то металлическое.

Что это, мать вашу, такое?

Я беру предмет и, вытащив его из шкафчика, с удивлением обнаруживаю, что держу в руке маленький серебряный пистолет. Неожиданно он выпадает из моих пальцев и с глухим стуком падает на пол. Этот звук заставляет меня отпрянуть назад.

Что за хрень?

Вдруг за моей спиной раздается кашель, и, вздрогнув, я оборачиваюсь.

Вот мудак!

— Вон отсюда! – кричу я, указывая на дверь, и прежде, чем Грейсон успевает покачать головой, я замечаю на его лице обиду.

Он медленно приближается, и я инстинктивно хватаю пистолет с пола, направляя прямо ему в грудь. Моя рука трясется от напряжения, но он быстро сокращает дистанцию между нами.

— Он заряжен, – говорю я дрожащим голосом, и Грейсон усмехается.

— Я знаю, потому что сам зарядил эту чертову штуку. – Он обхватывает пальцами ствол пистолета и прижимает его к своей груди.

— Уходи, – шепчу я.

— Нет, убить – это единственный способ избавиться от меня. Если ты действительно хочешь этого, то так и сделай. Я заслуживаю, ведь, как ты и сказала, я настоящее чудовище. Возможно, у меня черное сердце, но оно принадлежит тебе и будет принадлежать до тех пор, пока меня не призовут обратно в ад, и даже после. Так что давай, блять, пристрели меня.

— Нам не стоило все это начинать, – шепчу я, чувствуя, как дрожат мои руки.

— Ты ошибаешься, Мэдди, я никогда не пожалею. Я знаю, что не заслуживаю тебя, но, несмотря на это, хочу отдать тебе все, что у меня есть. Мне охренеть как жаль. Я прошу прощения за все, что произошло прошлой ночью, и клянусь, что больше не причиню тебе боли. Все, что я знаю, – это то, что не могу жить без тебя. Я хочу тебя всю и постараюсь быть тем мужчиной, которого ты заслуживаешь. Просто… пожалуйста, не оставляй меня, солнышко.

Его слова, подобно удару под дых, заставляют меня ослабить хватку, и Грейсон забирает пистолет у меня из рук.

Я настолько растеряна, что не могу сдержать смех, и, сгибаясь пополам, смеюсь, упираясь руками в колени.

— Грейсон, ты просто чертов идиот, – говорю я, стараясь восстановить дыхание. – Как ты мог оставить здесь пистолет, если знаешь, как сильно я на тебя злюсь?

— Я не ожидал, что ты направишь его на меня, Мэдди, но каждое сказанное мной слово – правда, – говорит он, все еще держа пистолет направленным себе в грудь, и от удивления я приоткрываю рот. – Я никогда больше не причиню тебе боли, пока не умру. А если ты та, кто станет причиной моей смерти, то так и быть. – Он проводит дулом пистолета по моей ключице, и от прикосновения холодного металла по коже пробегают мурашки. – Хотя это было довольно горячо, – хрипло признается он, проводя дулом между моих грудей, и я не могу оторвать взгляд от этой заряженной машины для убийства, скользящей вниз по моему телу. – Знаешь, я могу найти более интересное применение для этой штуки, – шепчет Грейсон и слегка оттягивает пояс моих шорт.