Книга Песнь затонувших рек, страница 25 – Энн Лян

— Нет, — холодно ответил Фань Ли. — Твоя наглость невероятна, и ты все больше наглеешь день ото дня.

Я перевела взгляд со стражника на Фань Ли.

— А зачем ты таскался по горам?

— В целях безопасности, — небрежно отмахнулся Лу И. — Поскольку великий военный советник вана Юэ и будущая наложница вана У поселились в одном доме, Фань Ли поручил проверить, не прячутся ли в горах наемные убийцы. Нам они ни к чему, сама понимаешь.

«Наемные убийцы». Пульс забился быстрее. Воображение рисовало кровь, мечи и мужчин в черных масках. О наемных убийцах я читала в сказках, не верилось, что они существовали на самом деле.

— Ты что-нибудь нашел? — спросила я.

Лу И покачал головой и широко улыбнулся, видимо, желая меня успокоить.

— Не переживай, никто не хочет тебя убить.

— Прекрасно, — пробормотала я.

— Пока что. Но все равно не расслабляйся, — добавил Фань Ли, и впился в меня острым как нож взглядом. — Красивые цветы срывают первыми — слышала такую поговорку? Твоя красота опасна не только для окружающих, но и для тебя самой.

— Ты ее пугаешь, — ответил Лу И и ткнул пальцем мне в лицо. Я покраснела, вспомнив, что говорил Фань Ли о моей предательской мимике. Неужели даже Лу И смог меня прочитать? — Посмотри на нее.

— Да, я прекрасно вижу. Мы работаем над этой проблемой. — Фань Ли повернулся к Лу И. — Ступай, — велел он.

Лу И надулся.

— Но я хотел посмотреть…

— Если тебе нечем заняться, можешь еще раз обыскать горы.

— Я пошутил, — ответил Лу И и торопливо попятился. Уже через миг его и след простыл.

Бросив взгляд на стену, за которой скрылся Лу И, Фань Ли закатил глаза, сел за цитру и указал на нее.

— Ты знаешь, что это? — спросил он.

Я вспомнила правильное название инструмента — гуцинь — и неуклюже выговорила его. Раньше я только слышала, как это слово произносили другие.

— Верно, — ответил Фань Ли. — Играть умеешь?

Я осторожно поднесла руку к струнам. Они напоминали шелк, но, когда я их коснулась, оказались такими острыми, что непонятно было, как вообще возможно играть на них и не пораниться. Я медленно покачала головой. На гуцине играли богатые благородные дамы и девушки из правящей династии.

— Давай покажу. — Он наклонился, одним быстрым движением засучил рукава, нажал на струну с одного конца и дернул с другого. В тишине зазвучала низкая меланхоличная нота. Этот чистый прекрасный звук что-то во мне всколыхнул, захотелось вздохнуть полной грудью. Фань Ли заиграл мелодию, его пальцы замелькали, за ними было не уследить. Не прерываясь, он посмотрел на меня и спросил:

— Что это напоминает тебе?

Я закрыла глаза. Кожу ласкал ветерок, а музыка обступила меня, как жаркий летний зной.

— Реку, которая течет на юг, — ответила я, — волны, бьющиеся о камни. — Я не знала, права ли я и существует ли правильный ответ на этот вопрос.

Фань Ли долго молчал.

— А сейчас? — Мелодия изменилась: теперь он играл медленнее, а музыка стала мрачной, печальной и даже зловещей.

— Разрушенный город. Последствия войны. Двое возлюбленных на двух противоположных берегах реки, они разлучены.

— А сейчас?

— Прозрачные облака плывут мимо полной луны. Одиночество и тишина. Я вижу пустую комнату, в бледных лучах порхают пылинки. Случилось то, что нельзя изменить, и на душе сожаление. И радость за человека, который не может тебе принадлежать.