Онлайн книга «Искупление»
|
Подгоняемый тревожными мыслями, он взбежал по лестнице, шагая сразу через две ступеньки, и очень громко постучал в дверь Милли, а когда немедленного ответа не последовало, чуть приоткрыл дверь и произнес автоматически потеплевшим, участливым тоном: — Можно войти? В комнате повисла тишина, в которой явственно сквозило удивление. Затем послышался голос Милли, тихий и слабый, какой-то нерешительный: — Это ты, Фред? Ах да, заходи. Она лежала на диване, который придвинули поближе к камину; убранная цветами, расцвеченная послеполуденным солнцем комната играла яркими красками. В открытые окна вливались сладкие запахи сада. На маленьком столике возле дивана громоздились книги, ячменный отвар, виноград, фиалки – неизменные спутники выздоравливающей, о которой хорошо заботятся. В розовом пеньюаре, с волосами, заплетенными в две длинных косы, Милли выглядела чистой и ухоженной. Конечно, Мейбл честно исполняла свой долг. Но стоило Фреду увидеть Милли, он тотчас почувствовал смущение, как и в тот раз, когда привез ее с Мандевилл-Парк-роуд. Пожалуй, сейчас он смутился еще больше. Возможно, Мейбл была права: ему не следовало сюда входить. Раньше он никогда не видел Милли такой домашней, с косами: они словно создавали некую атмосферу интимности, чего Фред хотел меньше всего, поэтому решил держаться как можно непринужденнее. — Здравствуй, Милли! – громогласно приветствовал он невестку и размашистым шагом прошел к дивану. – Как поживаешь? Я смотрю, вид у тебя бодрый. Жалко, что ты прихворнула, но теперь-то все в порядке? Нос не вешаешь? – Он заметил поднос с едой и прибавил: – Вот это правильно. Прекрасно, так держать! Фред справился с желанием потереть руки и, постаравшись придать лицу участливое выражение, пододвинул к себе кресло, на котором обычно сидела Мейбл, и устроился в нем, чтобы, как он объявил, поговорить с невесткой. Щеки Милли на мгновение вспыхнули, но тотчас снова побледнели. — Я очень тревожился все время, что ты болела, – начал Фред, и такая искренность прозвучала в его голосе, что Милли была очень тронута и опять покраснела. — Не стоило, – прошептала она. – Мейбл была моим ангелом-хранителем. — Я очень тревожился, – упрямо повторил Фред, не желая отвлекаться от темы, – о деньгах. — О каких деньгах? – удивилась Милли, совершенно позабыв о тысяче фунтов, полученной от Дженкинса: слишком много других забот занимало ее мысли. Все ее существование резко переменилось, пока она лежала в постели и медленно возвращалась к жизни, а та тысяча фунтов принадлежала проклятому прошлому и потому просто исчезла, воспоминания о ней изгладились из ее памяти за время болезни. — О каких деньгах? – повторил Фред и, чтобы чем-то себя занять, отщипнул виноградинку от кисти, лежавшей на блюде возле Милли, и положил в рот. Не мог же он курить как ни в чем не бывало в комнате больной. – Так у тебя что, есть и другие деньги? — О, ты говоришь о тех… – Милли попыталась собраться с мыслями, даже бисеринки пота выступили над верхней губой. – Ты говоришь о деньгах, которые оставил мне Эрнест? Нет, других у меня нет. – Она нерешительно помолчала. – То есть пока нет: я еще не продала свои украшения. Надеюсь, скоро смогу… — Хорошая мысль, – одобрительно кивнул Фред. – Но Джордж сказал мне, что ты получила наследство, и будет лучше, если ты позволишь мне выгодно вложить эти деньги. Думаю, я мог бы обеспечить тебе пять процентов, и не советовал бы добиваться большего, хотя, конечно, можно… – Он перебрал в уме возможные варианты удачного помещения капитала, чуть менее надежные и чуть более прибыльные, однако отмел их. – Нет, – заключил Фред и покачал головой. – Главное – это надежность. Конечно, мне следовало попросить тебя передать мне деньги сразу, как только ты приехала, а не терять двухнедельный доход. |