Книга Искупление, страница 110 – Элизабет фон Арним

В Титфорде они вышли из вагона в молчании. Джордж важно кивал знакомым, которые, втиснувшись в поезд в последнюю минуту, невольно оказались в одном с ним вагоне, но все время пути не докучали ему разговорами. Молча поднялись они по лестнице и вышли на вокзальную площадь.

Унылое зрелище представляла собой эта пара: строгое одеяние Джорджа не уступало в мрачности вдовьему платью Милли и они походили на двух огромных несчастных ворон. Случайные свидетели остались очень довольны: так хорошо сыграли свои роли двое скорбящих. Появление миссис Эрнест Ботт доставило всем неподдельную радость и вдобавок положило конец отвратительным слухам, которые уже поползли по городу. Бедняжка, какой у нее опечаленный вид! Зеваки с невольным восхищением отметили, что тяжелая утрата совершенно сломила ее – мысль эта внушала уверенность, что мир еще не погиб и сердце у него на месте, если вдовы так скорбят. Никто, конечно, не встречал шумными приветствиями облаченную в траур пару, жители Титфорда всячески старались проявить такт, и вокзал мгновенно опустел, чтобы Джордж и Милли могли без помех подняться по лестнице.

У выхода из вокзала Джордж сказал:

— Моя машина здесь. Позволь подвезти тебя до дому… то есть до Мандевилл-Парк-роуд.

— Спасибо, – покорно согласилась Милли.

Но ехать с Милли Джордж не собирался. Нет, с него довольно. Он успешно справился с ролью встречающего, миссия его завершилась, и теперь ему отчаянно хотелось избавиться от невестки. Джордж сознавал, что за ними наблюдают, поэтому с должной торжественностью и заботой усадил Милли в автомобиль и, стоя возле двери, объявил, что поедет прямо домой на такси, поскольку еще накануне договорился встретиться с братьями у себя в семь часов.

Милли послушно подчинилась, и автомобиль тронулся с места. Джордж вскоре скрылся из вида, а Милли принялась раздумывать над проблемой, как мучительно бьются над вопросом во сне: можно ли предложить шоферу на чай один шиллинг, поскольку, кроме этого шиллинга да еще трех пенсов, у нее не осталось больше ничего.

В конечном счете она вообще забыла заплатить шоферу. На шум подъезжающего автомобиля выбежала горничная без чепца, чтобы открыть дверь, у ее ног носился с лаем шпиц Эрнеста.

Это та самая собака, что тявкала на нее в то далекое утро, когда она воображала, будто собирается сбежать, вспомнила Милли. Странные мысли приходят подчас в голову, странные желания. Сбежать? Никому еще не удавалось сбежать. Милли с отсутствующим видом нагнулась погладить песика, но тот с рычанием попятился, и горничная на него прикрикнула.

— Мы вас не ждали, мэм, – проговорила она виноватым тоном, словно извинялась за все: за рычание собачки, за непокрытую голову и за поступок самой Милли, которая вдруг исчезла, не сказав ни слова.

— Мне следовало вас предупредить, – рассеянно отозвалась Милли, обводя взглядом холл. Рыцарские доспехи, старинные напольные часы, терракотовые вазы с папоротниками в плетеных корзинах – все было здесь, каждый предмет на своем месте, хотя с тех пор, как она видела их в последний раз, прошли миллионы лет. Ноздрей ее коснулся слабый запах Эрнеста: его пальто, макинтошей, сигар. Милли протянула руку и ухватилась за вешалку для шляп, чтобы удержаться на ногах. Ее снова шатало, как выразился Джордж.