Книга Ушла в винтаж, страница 32 – Линдси Левитт

— О, тут такое дело… – начинаю я. – У меня сейчас что-то вроде винтажного бунта.

Джинни откашливается:

— Давай я скажу.

Надо было подождать, пока она выйдет в туалет, а потом уже заводить этот разговор. Джинни всегда перебарщивает с пафосом.

— Поэтому мне бы хотелось что-нибудь в духе ранних шестидесятых. Той поры, когда ты училась в старших классах. Вот я и решила заглянуть в твой школьный альбом. Почерпнуть идеи.

— Правда? – Бабушка перестает перебирать образцы и нацепляет очки для чтения. – Может, лучше что-нибудь облегающее? Уверена, Джереми понравится более сексуальный образ.

— Но Джереми не… – начинает Джинни.

— …не оценит откровенное секси, – перебиваю я ее. Бабушке не обязательно знать о Джереми. Понимаете, было бы замечательно, если бы кто-нибудь в моей жизни не был в курсе всех моих дел, и не воображал, будто в курсе всего, и не знал, насколько все запутано. По крайней мере, когда я приезжаю к бабушке, мне бы хотелось видеть свою жизнь цельной и слаженной. – Платье в винтажном стиле ему вполне понравится. И ты ведь мне поможешь? Пожалуйста!

Бабушка подходит ко мне и крепко обнимает. Аромат ее жасминовых духов ощущается как никогда ярко. Даже в этом новом пространстве со скучной мебелью и бежевыми «больничными» стенами бабушка пахнет как привычная любимая бабушка.

— Разумеется. Я внесу тебя в график, – смеется она. – Сразу после тенниса.

Во вторник в школе снова перешептывание и вопросительные взгляды; очередной обед – на этот раз с Джинни на летней сцене. Мы обсуждаем, с какой стороны лучше подступиться к списку: для Джинни это рецепты, а я подбираю парней, которые подходят на роль потенциальных бойфрендов. Она так яростно протестует против этой идеи, что я решаю проводить свои изыскания втайне. А когда она не видит, буду подкидывать ей бомбы в виде парней.

После школы я удаляюсь в свою комнату штудировать найденные в гараже энциклопедии. Им уже лет двадцать, поэтому многое устарело. К счастью, история не меняется. На букву «Ш» нахожу шестидесятые, пролистываю информацию про движение хиппи в надежде уловить дух более ранних, более невинных лет десятилетия: всякие бой-бэнды в узких галстучках и Жаклин Кеннеди в шляпке-таблетке. Вот еще одна проблема нашего века – никто не носит модные шляпки.

В дверь стучат.

— Мэллори? – слышится мамин голос. – Можно тебя на минутку?

Бабушкины фотографии так и лежат на полу длинной вереницей с воскресенья. Вместо того чтобы быстро сложить их обратно в шкатулку, я накидываю сверху покрывало. Не хочу, чтобы мама увидела тут повод поговорить с бабушкой об очередном этапе в ее жизни. Я знаю, мама сделает все, чтобы подчеркнуть значительность момента. Все эти слезливые крупные планы с текущей по щеке слезой. Сейчас моя комната/жизнь – это полный хаос, и ее притворная эмпатия тут не поможет.

— Да?

— Джинни сказала, что вы с Джереми расстались. Я подумала, что она шутит, решила заглянуть в Friendspace и обнаружила, что ты меня заблокировала. Что происходит?

Я прислоняюсь лбом к двери. Джинни ее заблокировала. Хороший ход. Только зря она рассказала маме о моем разрыве с Джереми. Я не готова к неизбежному материнскому разговору по душам.

— Значит, Джинни тебе сказала. Вот и хорошо.

— Мне больно оттого, что ты мне ничего не сказала. Ты в порядке?