Книга Ушла в винтаж, страница 120 – Линдси Левитт

— Как мужчина я достаточно уверен в себе, чтобы это могло иметь какое-то значение. Тебе не нужно лгать насчет моих финансовых успехов, чтобы скрыть свой вклад в семейный бюджет, – произносит папа, все еще потрясенный. – Даже не знаю, наорать на тебя или расцеловать.

— Ни то ни другое, если можно, – вклиниваюсь я.

— Ты так вкладываешься в свой бизнес, – произносит мама. – Я не хотела отнимать у тебя лавры.

— Этот бизнес все еще на плаву только благодаря тебе, – говорит папа.

Мама утыкается ему в плечо.

Я спешу сменить тему, пока они снова не набросились друг на друга.

— И еще кое-что. Вы знаете, для чего Джинни арендовала лимузин?

— Чтобы ты не чувствовала себя ущемленной из-за того, что идешь на бал одна, так ведь, милая?

— Нет. Она думала, что у тебя роман на стороне, мама. Из-за того, что ты явно что-то скрывала в своем компьютере.

— Но почему… – начинает возмущаться мама, но я поднимаю руку, останавливая ее.

— Не важно. Еще Джинни думает, что у вас дело идет к разводу, потому что вы без конца ругаетесь.

— Не так уж много мы ругаемся, – возражает папа.

Лимузин замедляет ход перед школьной парковкой. Я открываю окно, чтобы впустить струю свежего воздуха. Перед нами бегут нарядно одетые ребята, их смех сразу разряжает обстановку.

— Милая, у нас все в порядке, – говорит мама. – Более чем. Мы просто открыто выражаем эмоции…

— Я не та дочь, с кем вам стоит это обсудить. – Я выпархиваю из лимузина и просовываю к ним голову. – Лимузин арендовала Джинни. Значит, что-то ее беспокоит. Подумайте об этом, пока катаетесь.

— Ты говоришь с нами как с детьми, – вздыхает мама.

— Да ладно, – улыбаюсь я. – Пусть это станет твоей следующей публикацией в блоге.

Я захлопываю дверь и поворачиваюсь к величественному зданию гимназии, возвышающемуся передо мной. Лимузин отъезжает, мама с папой, высунувшись в люк на крыше, кричат что-то вроде «Мы тебя любим!» и «Мы так гордимся тобой!», но вскоре их голоса уносит ветер.

Я рада, что поехала с ними. Их отношения далеки от идеала, но есть в них что-то настоящее. И вот к этому настоящему и стоит стремиться. Вовсе не к красивой картинке. В любых отношениях есть свои изъяны – надо только придумать, как сделать их жизнеспособными. Стараться, не опускать руки. Такой подход мог бы спасти нас с Джереми. И по-прежнему может спасти нас с Оливером. Если я захочу. И если захочет он.

Я распрямляю плечи и поправляю оборки на платье. Вариант приехать на танцы одной, даже не в компании друзей, казался мне отличным способом доказать, какая я сильная и независимая. Так же как двенадцатичасовой рабочий день для подростков казался хорошей идеей во время Промышленной революции. О, вот мне и пригодились знания в реальной жизни. Надо сказать мистеру Хановеру, пусть повысит мне оценку на балл.

Единственное, что меня греет – это черный кардиган, поэтому я спешу протянуть свой билет на бал двум девятиклассницам, стоящим на входе.

— Ты без пары? – спрашивает одна из девочек, совершенно по делу, но вопрос меня ранит.

— Да.

— Веселого вечера! – улыбается она.

Веселого? Какое ж тут веселье. Следующие пять минут я провожу в коридоре, буквально уговаривая себя войти в зал. Мне все равно, как на меня посмотрят девятиклассницы. Они вообще продают билеты в предбаннике – кто они такие, чтобы судить?