Книга Бойфренд в наследство, страница 74 – Линдси Левитт

— Хороший вопрос, девушка-которая-на-«ты»-с-цифрами. Мне надо бы держать тебя при себе как счетовода. А то я частенько сбиваюсь со счета или и вовсе съезжаю с катушек.

— Частенько?

Дакс лениво улыбнулся.

— Не часто. По праздникам. Мы же с тобой пришли к единому умозаключению: праздники – это ужасно. Гм-м… Вторники! Вот по вторникам я никогда ничего не отмечаю.

— А чем тебе не угодили вторники? – спросила я.

Улыбка на лице Дакса поблекла, как последний вздох метеорита, врезавшегося в озоновый слой:

— Во вторник погиб мой отец. Поэтому я не люблю этот день недели.

Дакс погрустнел. Будь он агрессивным, я бы тоже продолжала злиться. Но Дакс выглядел таким потерянным, отчаявшимся и нуждающимся в утешении, что во мне пробудился инстинкт жалости к раненной птице.

— Это же не настоящий Новый год. А в новогоднюю ночь ты был нормальным.

— Нормальным, но не в здравом рассудке. До сих пор не могу поверить, что отдал тебе тех клиентов из лимузина.

— Так, значит, все дело в том лимузине? – спросила я.

— Сколько ты на них заработала?

— Не ты отдал их мне – они сами обратились к нам. Потому что увидели Элвиса, – сказала я.

— Но это я посоветовал тебе тему Элвиса.

— Вау! Элвис в свадебной часовне Вегаса. Революционная идея. И теперь ты набиваешься мне в партнеры?

— Я всего лишь сказал, что это был не самый умный бизнес-ход с моей стороны.

— Как и целоваться со своей конкуренткой и заявляться сюда навеселе. – Я отодвинулась от него. – Серьезно, ты на меня злишься? И теперь будешь ненавидеть меня?

— Я злюсь не на тебя. – Дакс уставился в свой стаканчик. – Я злюсь на себя. Злюсь на то, что… Я не знаю, на что я злюсь. Я веду себя глупо. Извини.

— Послушай, Дакс. Я не хочу смешивать все в одну кучу. И тебе не советую. И ты зря пытаешься таким образом уйти от проблем. Особенно учитывая, как ведет себя твой дед.

Дакс икнул:

— Ты права.

— Я отвезу тебя домой, и поговорим обо всем позже.

— Да, только позже я не смогу говорить о таких вещах.

— О каких «таких»?

— Моя мать пошла сегодня вечером на свидание, – голос Дакса почти срывался на каждом слове. – Первое свидание после смерти отца.

У меня все сжалось внутри:

— Ох, Дакс…

— Она… она продолжает жить дальше. У нас дома хранились коробки с отцовскими вещами, которые мы привезли из Бирмингема. Там лежало его спортивное снаряжение, кое-какие трофеи. Вещи, которые так много значили при его жизни, теперь все оказались в коробках. А несколько недель назад мать достала их из гардеробной и перенесла в гараж. Она перенесла папины вещи в гараж! – Дакс швырнул стаканчик в траву. – Это моя вина, что отец умер. Я говорил тебе, что виноват в его смерти?

— Ты не должен себя винить.

— Мы попали в аварию. Возвращались домой с тренировки. За рулем был я. Папа рассуждал о том, как здорово я поднаторел в быстрых бросках. Он не относился к деспотичным тренерам и всегда ратовал за умную игру. Типа тебя – смотрел на спорт как на науку. Всегда был спокойным. Скромным. Господи, я его потерял…

— Дакс…

— В тот день не было дождя. Мы не ругались, я не набирал сообщение в телефоне. Я даже не помню, о чем я тогда думал. Я просто отвлекся. А потом мне померещилось что-то на дороге, я вильнул – и врезался во встречный автомобиль. Отец погиб, я повредил себе плечо. Это моя вина. Люди и не пытались убедить меня в обратном. Они просто называли это трагедией. Мать ни разу не посмотрела мне в глаза после похорон. Все время отводит взгляд. – Он закрыл лицо руками.