Книга Бойфренд в наследство, страница 46 – Линдси Левитт

— Все. Начинайте раскладывать проспекты по конвертам. Майк и Камилла, вы единственные, у кого достаточно красивый почерк, – будете их надписывать.

Грант вытер размазанные по лицу сливки. Он всегда был поросенком, но я могла бы назвать по меньшей мере десять девчонок в нашей школе, которые хотели бы стать этими взбитыми сливками. И дело не только в том, что на Западе больше всего симпатичных парней, за которых можно посоперничать.

— Не понимаю, почему мы этим занимаемся, – пробурчал Грант. – Почему это не сделают твои родители?

— Они работают, – ответила я. – У них есть чем заняться, помимо этого. Когда у тебя свой бизнес – дел невпроворот, – мой голос приобрел тон всезнайки – как всегда, когда я разговаривала со своими друзьями. Они его ненавидели, и меня он тоже раздражал. Но если бы они не были такими идиотами, то и у меня не было бы нужды указывать им на их идиотизм.

— Ты только продай это. – Майк разложил на столе фломастеры. – Без обид, но свадебные часовни нигде в мире не являются особо доходными проектами.

— Это говорит парень, убирающий со столов в мексиканском ресторане, – подколола его я.

— Ну да. Пока. Но я же не буду заниматься этим всегда. А ты реально собираешься работать тут всю жизнь? В смысле и когда станешь совсем взрослой? – Майк написал почти каллиграфическим почерком на постере «Я говорю “да” в часовне “Роза Шарона”», затем подумал и добавил еще несколько затейливых каракулей. – Как насчет университета? У тебя нет другого выхода, кроме как поступать в Невадский университет в Лас-Вегасе.

— А мы не собираемся горбатиться на Западе только для того, чтобы в итоге зачахнуть здесь. – Портер прикончил свое мороженое и опять схватил бутылку, открыл ее и понюхал. – Чем этот напиток должен пахнуть?

— Ничем, – сухо процедила я.

— Так выпьем за это. – Портер вновь принюхался к напитку, но сделать глоток не решился. – Сдается мне, тебе самой не хочется продолжать здесь учебу. Это не то что учеба в колледже. Тебе придется ездить на занятия. Сэм вот задержится здесь всего на год, а потом свалит отсюда. Верно, Сэм?

— Точняк, – отозвался тот с дивана, на котором, прикрывшись пледом, лежал в обнимку с Камиллой. – Как только Камилла окончит школу, мы уедем отсюда.

— Мы?! – Камилла резко села. – И куда, ты думаешь, мы поедем? В Вашингтон? Ой, Сэм, а у меня там родня. Поехали в Вашингтон!

— Забить на колледж… – Майк закончил одну надпись и начал выводить следующую. У него это здорово получалось. Если бы он еще закрыл свой рот. – Вот только что будет, когда тебе стукнет двадцать два или двадцать восемь? Ты уже не сможешь никуда переехать… никогда. Ты не сможешь взять с собой часовню. И застрянешь в Вегасе на всю жизнь.

— Майк, заткнись! – одновременно с гневом я почувствовала навернувшиеся на глаза слезы и изо всех сил пыталась их подавить. – Я поступаю так, как должна. Обязана. И знаешь что? Или надписывай своим девчачьим почерком буклеты и конверты, или выметайся отсюда.

Парни дружно присвистнули:

— Ого!

Клянусь, Майк даже ухмыльнулся, довольный, что спровоцировал меня. Он понятия не имеет, каково это – быть на моем месте. Он из богатой семьи, живущей в пригороде. И работает в мексиканском ресторанчике только потому, что любит чипсы и сальсу.