Книга Бойфренд в наследство, страница 27 – Линдси Левитт

Я фыркнула:

— Что, трудно быть злодеем без героя?

— Хм…

Ладно, я нахожусь на территории Виктора Крэнстона, сижу в этой мрачной, мерзкой комнате, отчего только сильнее ожесточилась. Уж не формальдегидом ли я здесь надышалась? Неужели у кого-то возникает желание пожениться в этом «Паранормальном раю»?

— Извини, – снова заговорила я. – Иногда мне кажется, что меня так запрограммировали при рождении – говорить всякое не подумав. Чисто механически. Я больше не буду укорять тебя твоими родственниками.

Дакс выдохнул:

— Никто из нас не будет. Это просто фамилия. Как розу ни зови – в ней аромат останется все тот же.^[1]

— Что?

— Это Шекспир. Единственная строчка из «Ромео и Джульетты», которую я знаю. Пожалуй, не следовало тебе в этом признаваться, чтобы ты не считала меня умней, чем я есть.

Я не помнила ни одной строчки из Шекспира, чтобы выстрелить в ответ. И потому молчала, пока Дакс отрывал правый краешек конверта, стараясь не порвать лист бумаги, вложенный внутрь. Но вот он вытащил письмо и скосил взгляд на подпись внизу:

— Оно от твоего деда.

— Да. Когда дедушка умер… – мой голос сорвался: я впервые произнесла это слово вслух, – он оставил мне кое-что. Включая этот конверт, с инструкцией передать его тебе лично, из рук в руки.

Дакс положил листок на колени, но не стал читать его сразу.

— Интересно почему? – спросил он.

— Что почему?

— Почему он написал мне?

— Мне тоже хотелось бы это понять. – Я вытерла потные ладони о юбку.

Почему мне стало так жарко? Виктору Крэнстону нужно тратить меньше денег на обогрев этого здания, а больше – на цветочные композиции.

— С того дня, когда дедушка умер, мне многое стало казаться бессмысленным.

— Прими еще раз мои соболезнования. Я искренне сожалею о его кончине, – и Дакс действительно сожалел.

— Ты соболезнуешь и извиняешься уже в десятый раз, – сказала я.

— Больше не жди.

Я закатила глаза, но не смогла сдержать улыбки. Дакс поджал губы:

— Все равно не понимаю. Я даже не был знаком с твоим дедом. С чего бы ему что-то мне писать?

— Прочитай и узнаешь.

Дакс опустил глаза на письмо:

— Тут написано, чтобы я прочел, когда буду один.

— В моем было сказано то же самое.

Дакс вскинул взгляд на меня:

— Здесь особо оговаривается, чтобы я прочитал его без тебя.

«Эта странная загадка никогда не разрешится…» Я погрозила кулаком потолку:

— Дедушка Джим! Я собью тебя с твоего облака!

— Да ладно, сиди. Только я прочитаю письмо про себя.

Пока Дакс пробегал глазами письмо, он все больше хмурился и стал выглядеть гораздо старше, словно в морщинках у переносицы собралась вся мудрость и печаль этого мира. Наконец он сложил листок бумаги втрое и засунул его в задний карман так, будто я передала ему всего лишь инструкцию «Как добраться до ресторана IHOP».

— Ну что ж, – Дакс отряхнул свои наштанники. – Теперь все прояснилось.

— Прояснилось? Для тебя? А вот мне не ясно, почему я сижу в готической свадебной часовне рядом с несуразно красивым ковбоем, читающим тайное послание от моего покойного дедушки.

— Несуразно красивым?

— Я хотела сказать «нелепым».

Красавчики под стать кинозвездам никогда не вызывали у меня интереса. Не то чтобы Дакс был красив как киношный герой. Да мне вообще без разницы, к какой категории красавчиков он относится.