Книга За год до смерти я встретил тебя, страница 66 – Ао Морита

Ведь в самый трудный момент жизни ее поддержал именно Хаясака.

Когда-то мы дружили, но разошлись из-за дурацкого недопонимания. А Хаясака ее не покидал и стал ей по-настоящему дорогим человеком.

Когда я дочитала, у меня уже струились слезы. Я вспомнила дни, которые мы провели с подругой, и жалела о двух годах, потраченных впустую.

Хотела распечь Хаясаку за то, что раньше не рассказал про блог, но к тому времени, как я к нему добралась, он уже впал в кому.

С тех пор он больше не приходил в себя. Да так и ушел. К Харуне.

Оказывается, он оставил под каждой записью комментарии.

Я тоже думала чего-нибудь от себя добавить, но не стала. Наверное, лучше все оставить как есть.

Предпоследнюю запись Харуна запаролила. Я попробовала несколько комбинаций, но ничего не подошло.

Уверена, Хаясака-то докопался.

Я ведь видела, что там оставлено два комментария.

* * *

С Харуной мы познакомились еще в детском садике.

Где-то полгода я ее просто не замечала. Она уже тогда не отличалась здоровьем, все время отдыхала и ни с кем не дружила.

Если вокруг меня постоянно кто-то крутился, то она всегда сидела одна.

— А как тебя зовут? – спросила я как-то раз у нее, когда она в одиночестве строила горку в песочнице.

— Харуна Сакураи, – коротко ответила она, бросив на меня недолгий взгляд.

Лицо девочки ничего не выражало, и она продолжила копаться совочком.

— Мм! Харуна-тян, а почему ты не с ребятами? Пойдем в салочки поиграем?

— Не надо.

— Почему?

Не отрывая глаз от песка, она ответила:

— Я очень слабая, и мама запрещает мне бегать.

— А-а. Ты болеешь?

— Угу.

— А чем?

— Какой-то редкой болезнью. Точно не знаю.

Мне показалось, что она чуть не плачет.

— Понятно. Тогда давай я с тобой буду горку строить!

Тут уже Харуна посмотрела на меня с недоумением. На миг она как будто улыбнулась, но только на миг.

— Вот, держи.

Она протянула мне совочек. И я присоединилась к ней в песочнице. Мы обе извозюкались в песке, зато построили очень большую горку.

На следующий день моей новой подружке поплохело, и еще месяца два она в садик не ходила.

* * *

Потом мы пошли в одну начальную школу.

В те дни, когда ей хватало сил выбираться на занятия, мы ходили до класса вместе.

Я каждый день заглядывала к их дому и очень радовалась, если Харуну выпускали. А если она слишком плохо себя чувствовала, то на пороге показывалась ее мама и просила прощения за то, что я впустую к ним завернула. Приходилось идти одной.

Харуна и в начальных классах постоянно пропускала занятия, поэтому, насколько я знаю, и там ни с кем не подружилась.

В средней школе ее состояние ухудшилось, пропусков стало еще больше.

Она где-то полтора года пролежала в больнице и даже не пыталась поступить в старшие классы. Думала, что если подлечится, то устроится на дистанционное обучение, но даже этого не получилось.

Харуна часто говорила, что хочет стать медсестрой, как мама. Я про себя отмечала, что такая работа как будто специально придумана для этой доброй девочки. Наверное, она с детства постоянно видела за работой мать и ею восхищалась.

Я толком ничего не знала про ее болезнь. Да и не пыталась выяснить. Достаточно и того, что она с рождения очень слабая, и я только думала: надо же, как бывает.

О том, что болезнь смертельна, даже не подозревала, пока мне не сказал Хаясака.