Книга За год до смерти я встретил тебя, страница 25 – Ао Морита

Я притворился, что понятия не имею, о чем это она. И затаил обиду, пусть и небольшую, на продавщицу.

— Мама тебе что-нибудь рассказывала? – спросила Харуна, ставя вазу на тумбочку.

— Что-нибудь – это что, например?

— Она сказала, вы о многом говорили, пока я спала. Вот хочу понять о чем.

— А, ну, например, об отце.

— Да?

Мне не нравилось, куда повернул разговор, поэтому поспешил сменить тему:

— И еще про Миуру-сан. Что это твоя лучшая подруга. Ты же наверняка хочешь с ней увидеться?

— Не знаю, – ответила Харуна и отвернулась.

— Хочешь, позову ее?

— Да нет, не надо.

— Почему?

Она задумалась секунд на двадцать. В воцарившейся тишине у меня громко заурчало в животе, и всю неловкость как ветром сдуло.

Харуна захихикала и смиренно призналась:

— Знаешь, в детстве я считала, что когда вырасту, то обязательно поправлюсь. Утешала себя, что надо просто потерпеть, и тогда я вылечусь, – здесь она ненадолго замолкла. – И тогда я отблагодарила бы родителей за все добро и побывала бы везде, где хотела, но не могла, и маму с папой взяла бы с собой. Но я больна неизлечимо. Я никогда не стану взрослой, потому что умру раньше. Мама мне рассказала, наверное… где-то за неделю до выпускного из средней школы.

Я сглотнул комок в горле. Наверное, ее маме очень нелегко далось это решение.

— Представляешь, какой шок. Узнала, что умираю. Раньше я терпела, но когда узнала, что никогда не вылечусь, в голове прямо зазвенело от пустоты. Мне стало все равно, и я даже на выпускной не пошла. Кажется, врачи с самого рождения говорили, что я долго не проживу.

Я не знал, что и сказать, даже не охнул и не угукнул из вежливости.

Харуна же продолжала:

— С мамой мы тогда ужасно поругались, и Ае-тян^[18] я тоже наговорила гадостей. Так что не думаю, что она придет. – Харуна отвела глаза и выглядела совершенно несчастной.

— Так вот что случилось. Но, я думаю, если Миура-сан узнает, что тебе осталось недолго, то обязательно навестит, – наконец выдавил из себя я.

Но Харуна покачала головой:

— Не говори ей, пожалуйста. Не хочу, чтобы она за меня переживала. Нам обеим будет лучше, если мы больше не увидимся.

— Уверена? И не будешь жалеть? Это же твоя лучшая подруга. Я считаю, вам стоит обо всем честно поговорить.

То же самое касалось и меня. Собственные слова отдались в груди болью.

— Да нет, не надо, – повторила Харуна и умолкла.

Я, конечно, дал ей мудрый совет, а сам ни черта никому про болезнь не рассказал. В том числе и самой Харуне.

— Знаешь, – наконец нарушила молчание девушка, – я уже говорила, но я правда хочу поскорее умереть. И переродиться. Раз в этой жизни мне выпало столько боли, то в следующей наверняка повезет и мне достанется здоровый организм. Так что хватит. – На мгновение ее губы скривились в бледной и неловкой улыбке. – Прости, что завела такой мрачный разговор. Хочешь, телевизор включу?

Она нажала кнопку на пульте. Мы попали на новостной выпуск о старшекласснице, которая сбросилась с крыши. Харуна безразлично смотрела в экран, а я не представлял, что за мысли роятся у нее в голове.

Вечером я размышлял, что следовало ей сказать. «Нельзя думать о самоубийстве»? Но этот совет бумерангом прилетал и по мне, поэтому я не нашел в себе решимости его озвучить. Сам еще недавно искал, как легче уйти из жизни.