Книга Смерть заберет нас в один день, страница 50 – Ао Морита

— Ну вот и все. Удивительно: как мы так далеко забрались? – прочувствованно нарушил молчание Рюдзи.

— В смысле – все? Мы только начинаем!

— Вы – да. А для меня сегодня по-настоящему последний концерт.

По залу пронесся ропот. Что он имел в виду, понимал, пожалуй, из всех только я один.

— Без вас я бы так высоко не взлетел. Спасибо вам огромное. Дорогие фанаты, вы уж, пожалуйста, не бросайте «Ред Стоунз»!

Он глубоко поклонился и так долго не выпрямлялся, что зал опять встревоженно загудел.

— Ты что, бросаешь группу? – воскликнул Сёя, повернувшись к зрителям спиной.

— Ни за что. Я останусь в «Ред Стоунз» до самой смерти… – К концу фразы его голос ослаб, и Рюдзи отвернулся. Он изо всех сил сдерживал слезы.

Поставил микрофон обратно на стойку, как будто больше ему нечего было сказать. По залу гулял недоуменный ропот.

— Опять наш Рюдзи чудит! – пошутил Юго, басист.

Остальные ребята тоже решили, что от такого эксцентрика и не такого можно ждать, и закивали головами.

— Последняя песня! То есть не последняя: мы дебютируем с нее в студии, и правильнее сказать, что она первая. Послушайте! «Не сломить красную волю».

Она начиналась со вступления Рюдзи. Зал всколыхнули переливы его алой электрогитары. На экране по щекам музыканта текли такие крупные капли, что все понимали: это слезы.

Вряд ли кто-то, кроме меня, знал, отчего он плачет, но я уверен, что его выступление, окропленное потом и слезами, очаровало всех.

Вот уже и по моим щекам пробежали дорожки, да и Сэкикава в соседнем кресле вовсю хлюпал носом.

Выступление на бис закончилось, и после концерта довольные зрители потянулись из зала. Мы с Сэкикавой ждали, пока толпа чуть-чуть рассосется.

— Блин, очень круто. «Ред Стоунз» – офигенные! – Сэкикава уже мечтательно смаковал впечатления.

Но я не обращал на него внимания и искал среди покидающих зал зрителей Асами. Не нашел, и вскоре мы поднялись с мест.

Однако вскоре мы все же пересеклись. Сэкикава отправился в уборную, а я, прислонившись к стене, ждал его возвращения, как вдруг встретился взглядом с Асами, которая вышла из женского туалета.

— Ой! – тихо воскликнула она.

Из-под бежевого пальто выглядывала красная футболка с логотипом группы.

Я от неожиданности встречи так растерялся, что ничего не смог сказать.

— Рина, пойдем!

Вслед за Асами из туалета выскочила ее маленькая копия с более длинными волосами, видимо, сестра. Она, судя по всему, училась в средних классах.

— А-ага. – Асами взглянула на меня, как будто хотела еще что-то сказать, но сестра ее увела.

А мне пришло уведомление. Оказалось – сообщение от Рюдзи: «Если ты не с девушкой, то пойдем вместе».

«Хорошо».

Когда Сэкикава вышел из туалета, я оправдался, что появилось срочное дело, отправил его домой, а сам поспешил к тому выходу, который мне указал Рюдзи.

Вскоре он вышел с гитарным чехлом за спиной.

— Привет! – Он махнул рукой.

Оказалось, Рюдзи приехал не на своей машине, а на такси, и он предложил немного прогуляться пешком.

Я поздравил его с отыгранным концертом.

— А ты подругу так и не пригласил? – спросил он, подталкивая меня в плечо.

— Нет… Кстати, а у вас разве не будет афтепати?

Рюдзи покачал головой:

— Будет, но я сказал, что плохо себя чувствую, и сбежал. Хочу, чтобы в последний раз они запомнили меня на концерте. Думаю, мы больше уже не встретимся, – грустно ответил он, подняв взор к сияющему от огней городскому небу. Через фонари все-таки пробивались отдельные точки звезд.