Книга Не суди по оперению, страница 15 – Зои Брисби

— Ты знаешь все слова?

Макс моментально напрягся, перестал качать головой и постукивать руками.

— Э-э-э… мне нравится эта песня.

У него был вид застигнутого врасплох хулигана.

— До того, что ты знаешь все слова. А ведь ты еще не родился, когда она появилась.

— И что?

— Разве тебе не пристало скорее слушать Давида Гетта^[11] или Джастина Тимеберлейка?

— Предпочитаю Отиса Рединга и Фрэнка Синатру.

— Ну и устаревшие у тебя предпочтения! Вы с Джеки Потье точно бы закорешились.

— Кто этот Джеки Потье?

— Мой бывший сосед по комнате в доме престарелых. Покойный.

— Сожалею.

— Да не стоит. Знаешь, в моем возрасте мертвых знакомых уже гораздо больше, чем живых.

Она пожала плечами:

— Это закон жизни. Ты бы еще сошелся с Жозефиной Ламот, шикарная девчонка, эта Жозефина. Ах, да, забыла – она ведь тоже скончалась.

— Ну, что ж, я счастлив узнать, что мог бы поладить со столькими покинувшими нас людьми.

— Я даже думаю, что с твоими музыкальными предпочтениями ты бы мог стать весьма популярным в доме престарелых.

И Максин одарила его лукавой улыбкой, от которой морщины вокруг ее глаз легли еще глубже, подчеркивая при этом их лазурную синеву.

— Послушай, я думала, что помру со скуки в этой поездке с Александрой, которая не моет голову, и только и будет со мной говорить, что о пыльных книгах…

— Александра?.. Если вы вдруг не заметили – я мужского пола.

— Спасибо, заметила. Но почему бы не написать в твоем профиле, что ты любишь музыку?

— Я не решился сказать, что слушаю старый американский соул – боялся спугнуть потенциальных пассажиров.

— Неужели ты всерьез думаешь, что твой профиль вызывал желание ехать с тобой? Ты единственный ехал в Брюссель, только поэтому я тебя и выбрала. Что за нелепая идея писать, что ты любишь путешествовать, читать и бог знает какую еще ерунду?

— Еще люблю ходить в музей. Я полагал, что так у меня больше шансов найти кого-то поспокойнее.

— Тебе это удалось! На твое счастье тебе попалась я. Именно из-за этого описания и из-за имени я и подумала, что ты – девушка.

— П-ф-ф…

— Извини, но музеями и книгами парни, как правило, не увлекаются.

— Значит, поскольку я парень, то должен быть неграмотным невеждой? Великолепное клише! Тогда и вы не говорите мне, что на самом деле любите механику, виски и Тур де Франс, потому что я тоже, представьте себе, ожидал увидеть представителя другого пола. Я думал, вы – мужчина: Макс.

— Так меня зовут друзья.

В ее голосе слышалось больше оправдания, чем ей того хотелось бы. Но она продолжила уже более спокойно:

— Ты прав. Я немного погрешила против истины.

— Стало быть, соврали.

Она помахала рукой, как будто отгоняла муху от лица.

— На самом деле я не интересуюсь механикой, я так написала, чтобы исключить сексуальных маньяков.

Алекс не верил своим ушам:

— Сексуальных маньяков?

— Да. Я смотрела репортаж Бернара Вильярдьера. Он шел как раз после сюжета о проституции и наркотрафике в Либероне. Или о Лилле, где процветает нелегальная торговля поддельным маруалем^[12].

Он глядел на нее в полном изумлении.

— Маруаль, сыр такой, – сочла нужным объяснить Максин.

— Но какое отношение имеют сыр и проституция к вашему профилю на сайте?

— Ясно какое: эта передача предостерегала меня от психопатов, которые используют Интернет, чтобы наброситься на молодых женщин. Мне совсем не хотелось очутиться в могиле!